— Ты умрешь, колдун, — потяжелевшим голосом сказал Ингельд. — Вы все умрете.

Было время, когда невероятная и непостижимая мощь Рога пугала карнелийца, но все это давно уже осталось в прошлом. Сейчас Ингельд хотел одного — смести все и вся на своем пути...

Олард стиснул зубы, его ладонь плотно обхватила амулет на груди.

— Если ты откроешь этот путь, — прошептал маг, — человек по имени Ингельд перестанет существовать.

— Человек по имени Ингельд, — с усмешкой ответил Ингельд, — умер давным-давно.

Он закрыл глаза, и в следующий миг по залу прокатилась волна магического пламени. Истошно закричали сгораемые заживо люди, зашипела, испаряясь вода в фонтанах, шевельнулись прозрачные плиты пола, плавясь от немыслимого жара, воздух заполнился клубами жирного вонючего дыма.

В воцарившейся тишине кто-то бросил пару исполненных силы слов, и дым в зале рассеялся. Тронный зал выглядел плачевно. Помутневший, покореженный пол, покрытые копотью стены, высохшие и оплавленные фонтаны. И везде — обгорелые останки людей. Ближайшие к Ингельду превратились в пепел, от тех, кто стоял подальше остались обугленные кости.

Выжили только королевская семья и Олард. Ингельд улыбнулся, глядя как Олард встревоженно ощупывает треснувший амулет. Маг выглядел неважно. По лицу струился пот, а его защитная сфера стала заметно тоньше.

Не лучше выглядела и королевская семья. Соскочив с полурасплавленного трона, король сгорбился и тяжело дышал. Его жена прижимала к себе дочь. В их глазах стыл ужас.

Использование Рога не прошло даром и для Ингельда. Его слегка мутило, слезились глаза и очень сильно хотелось спать. Пожалуй, в таком состоянии его можно было бы сокрушить одним могучим ударом. Но — кто нанесет такой удар? Ни Олард, ни Гериан, ни тем более королева с принцессой были уже ни на что не годны. В их душах царил страх. Все они были обречены.

— Ты... Ты сделал ошибку... — прохрипел Олард.

— Я же сказал — ты умрешь, колдун.

Ингельд щелкнул пальцами. За его спиной, в коридоре, хрястнуло копье, выдергиваясь из тела убитого стражника, и шлепнулось в руку карнелийцу.

В глазах Оларда сверкнул огонь, но Ингельд нанес удар первым. Заклубился вздымаемый с пола пепел, и маг застонал, отчаянно сопротивляясь заклятию окаменения. В ту же секунду копье Ингельда ударило Оларда в грудь, пробив амулет и ладонь. Маг рухнул без единого звука.

— А теперь дело за вами, ваши величества, — Ингельд издевательски поклонился. — Кто из вас хочет умереть первым?

2

Не обнаружив за дверью ни одной живой души, они бегом поднялись по лестнице и ворвались во дворец. И тотчас Ральф с Роландом потянулись за оружием, а Эльвира забормотала слова боевых заклятий.

Дворец был буквально завален телами погибших. Они лежали в лужах крови на некогда роскошном мозаичном полу, на инкрустированных бриллиантами столах и кушетках. Многие висели на стенах, приколотые дротиками, точно жуки на шпильках.

Перебиты были все. Дворцовая гвардия, придворные, слуги. Женщины, старики и дети. Люди, инуры, неко. Неведомый враг не церемонился ни с кем.

— Ну, и куда смотрели эти хваленые башни? — прорычал Ральф.

Одной рукой он придерживал лежавшую на плече Мару, во второй покачивалась секира.

— Думаю, здесь прошла не армия, — заметила Эльвира.

— Ты права, — нахмурился Роланд. — Закованных в сталь рыцарей рвали на куски вместе с доспехами. Люди на такое не способны... Боги, а как же Кира? — лицо карнелийца посерело.

Он побежал по коридору.