Жанна не очень-то доверяла крестьянам. Не раз были случаи, когда перепуганные вусмерть крестьяне принимали обычную банду Изменнных за демонов из ада. И только когда с юга не вернулись разведчики Жанна забеспокоилась.

Когда же пришло известие о том, что орду неведомых монстров возглавляет человек похожий на карнелийца, сердце Жанны дрогнуло.

Она сразу поняла, что это Ингельд. И что жизнь, так резко разделившая их пути-дороги много лет назад, похоже, готова свести их вместе. В последний раз.

Несколько недель назад, когда Жанна встретила Ингельда, ей показалось это нелепой случайностью. Ингельд давно уже разыскивался Святой Инквизицией без каких-либо успехов. Он был как призрак. То появлялся где-то, то исчезал. И встречу с ним на дороге Жанна восприняла именно как встречу с призраком. Как с чем-то неуловимым и даже не очень-то реальным. Несмотря на все предпринятые ею усилия, она вовсе не рассчитывала встретить его вновь.

Но теперь Жанна поняла. Та встреча на дороге не была случайностью, то был знак. Знак свыше.

Потому что сейчас Ингельд больше не был призраком. Осколок Дьявола сделал свое дело. Ингельд превратился во Врага. Неважно, кого он возглавлял — Измененных или каких-то чудищ. Настоящим врагом был он сам. И Жанна чувствовала — эту встречу переживет лишь один из них.

И это чувство наполняло ее сердце болью...

У подножия холма, где остановились ее лейтенанты, послышался какой-то шум и вскоре к Жанне поднялся оруженосец. Взобравшись на холм, он с трудом отдышался.

— Магистр, к вам рвется какой-то священник! Мы пытались ему объяснить, что в Арке военное положение, что вы заняты, но он утверждает, что доставил кого-то, кого вы очень хотели увидеть!

— И кто же это? — не оборачиваясь, спросила Жанна.

— Отец Дэйв.

— Я имею в виду — кого он доставил?

— Одну девушку и двух неко.

— Неко? — вскинула брови Жанна.

— Так точно. Я ему говорю, с какой стати вам нужны эти зверюшки, давно бы уже на костер...

— Зови его сюда, — распорядилась Жанна. — Впрочем, нет, я сама.

Она быстрым шагом спустилась с холма и жестом велела пропустить священника. Он прибыл в сопровождении дюжины крестоносцев, за спинами которых отчетливо позвякивали кандалы.

— Что это за неко, отец Дэйв?

— Думаю, те самые, что были объявлены в розыск. Те, кто сопровождал карнелийца Ингельда.

Священник махнул рукой и к Жанне подвели пленниц. Двух молодых неко, закованных в цепи, и девушку с обручем Диспеля на шее.

Они выглядели жалко — грязные, пыльные, нечесаные. Неделя в железной клетке далась нелегко. Священник, правда, не забывал их кормить, опасаясь преждевременной смерти, но этим его забота и ограничилась.

Впрочем, Киру больше угнетало другое. Она вспоминала Роланда и память о нем причиняла ей боль. Всю дорогу она мечтала о том, что карнелиец вот-вот разгонит проклятых крестоносцев, зарубит священника и освободит их. Но все мечты разбивались о рифы здравого смысла. Роланд был слишком далеко отсюда. Да и как он бы смог отыскать ее?

А еще Кира вспоминала о том как они расстались. О том, что она увидела в его глазах. И о том, как он назвал ее. Он сказал — сестренка! Иногда ей хотелось его убить за эти слова.

Хуже всего было понимание, что Кира поступила как подобает поступать королеве. И если бы Роланд посмел похитить ее тогда — она не простила бы ему этого.

Также как сейчас она не могла простить ему того, что он оставил ее в Аламаре. Ненавижу его! Эти слова Кира шептала в перерывах между мечтами о спасении...

Несмотря на грязь и лохмотья, Жанна сразу узнала неко. Да и могла ли она забыть тех, кого она совсем недавно видела вместе с Ингельдом? Тех, кто, возможно, проводил с ним не только все дни, но и ночи.