Орк, оживленно жестикулируя, начал что-то быстро выговаривать Лео. В речи часто звучало знакомое - каххум, каххум.

- Что с ним? - всполошилась девочка.

- Разозлился, говорит нельзя тебя пугать, - опять засмеялся эльфенок.

- Так он, значит, все-таки понимает по-нашему?

- Понимает. Только признаваться не хочет.

- Почему?

- Он же орк. Они всегда врут.

- Перестань! - разозлилась Марианна. - Опять начинаешь?

Костер задумчиво играл нагоревшеми угольками, маленькие язычки пламени иногда выскакивали между сияющими потрескавшимися головешками. Дети поели и сейчас молча смотрели в огонь, каждый вспоминал что-то свое. Марианна думала про все сразу - вспоминала дом, отца, бабушку. Вспомнив про нее, вспомнила про ночь, когда бабка пропала и чуть не заплакала, однако вовремя сдержалась. 'Нельзя мне, я уже большая, а каково им? - она посмотрела на спутников. - Совсем дети'. На самом деле, она была лишь на два-три года старше тех, кого назвала детьми.

'А ведь я так и не узнала, что произошло с Горзахом. Как он попал в лес и почему был ранен?'. Девочка повернулась к эльфу.

- Лео!

Взгляд мальчишки показал, что он тоже не здесь, вспоминает свое. Секунду он непонимающе смотрел на Марианну, потом глаза его ожили, и он ответил.

- Говори.

- Спроси Горзаха, пусть расскажет свою историю. Переведешь мне, хорошо?

- Да, ну его. Что он интересного может рассказать? Наврет опять...

- Что ты опять? Спроси.

- Ладно.

Лео повернулся к орку. Тот уже тоже очнулся и переводил, быстрые поблескивающие в огне костра, глаза с девочки на эльфенка и обратно. Леонойль заговорил, Марианна поморщилась - слишком уж язык орков походил на собачий лай. Орченок подбросил в огонь сухую ветку и ответил.

- Не хочет рассказывать, - перевел эльф. - Говорит плохая история, особенно на ночь.

Девочка оглянулась, хотя свет от прогорающего костра выхватывал только небольшой круг - дальше ночь все растворила в темноте - но, почему-то сегодня ей не было страшно. Ни она, ни даже эльф не чувствовали, что совсем рядом, в каких-то пятнадцати шагах от них, под кустом лежит большая кошка и слушает их разговоры. Лишь ученик шамана, иногда царапал кожу под висевшим на шее орочьим оберегом - тот покалывал, сигнализируя о присутствии магии. Однако, судя по реакции, магия была обычная, изначальная - присущая дикой природе, поэтому он не тревожился. Лес есть лес.

- Горзах, расскажи, пожалуйста, я хочу знать.

Тот вздохнул и заговорил, быстро и отрывисто гыркая. Каххум, каххум, через слово повторял он.

- Ну, что он говорит? И спроси, пусть, наконец, расскажет, что такое каххум?

Эльфенок начал переводить:

- Говорит, что не может отказать каххум, только поэтому расскажет.

Он опять замолк, прислушался, через пару минут повернулся к Марианне:

- Ничего себе, кто ты. Даже, не поверишь.

- Кто? Рассказывай! Не тяни.

- Ты Горосаар Каххум, - захихикал эльфенок. - Ихняя принцесса.

- Что за ерунда?

- Подожди, сейчас дослушаю, расскажу.

Обоз с трофеями из разрушенных селений, был еще небольшим - до больших сел, а тем более городов, было далеко - поэтому двигался довольно споро. Но все равно отставал от армии.

Во время прошлой войны, организованная дисциплинированная армия Короля Назвинда из Срединного Королевства, даже без поддержки Восточных Княжеств и эльфов, не успевших к началу главного сражения, наголову разбила несметную Черную Орду. Результатом этого стало падение Кассигула Победителя и возвышение Хорузара по прозвищу Разрушитель.

Этот молодой еще, по мнению многих шаманов, глава Чарингов - самого восточного рода степных орков, живущих на границе с лесом, сумел заручиться поддержкой трех самых влиятельных глав родов.