- Ты идиот, мой дорогой! Ты не видишь, что я еле держу её? Она действительно из первородных, но она пошла против меня! Ты видишь, что она сделала с Сельфовуром?

- Мы схватим её, но убивать не будем, - Голанд упрямо стоял на своем. - Убери свое колдовство.

- Ладно, - сдалась Зерги. - Я сама разберусь с ней, когда обрету силы.

В её голосе прозвучала скрытая угроза. 'Наверное, она разберется не только с Хазимай, но и с ними тоже. И с нами', - обреченно думала девочка.

Туман вокруг Лесной собрался опять в одно чернильное пятно и скользнул обратно к трону. Там он быстро окружил колдунью и тут же исчез, словно впитался. Вогал скомандовал и медведицу тут же облепили десятки вампиров, опять началась схватка, но в этот раз перевес оказался не на стороне Лесной. Несколько раз темные серые фигуры отлетали из кучи, но тут же бросались обратно. Невозможно убить тех, кто и так мертв. И, вдруг, все прекратилось - вампиры расступились, посреди их серой толпы стояла миниатюрная фигурка Хазимай.

Марианна страдальчески сморщилась - лицо и голые руки девушки все были в порезах и кровоточили. Лицо было разбито, а верхняя губа порвана. В это раз волк сумел изувечить Лесную, гораздо сильнее, чем в прошлые встречи. Почуяв кровь, вампиры невольно тянулись к Хазимай, но ни один из них не прикоснулся к девушке. Марианна не все поняла из разговора Голанда и Зерги, но смысл уловила - даже измененные Вогалы почему-тоне могут убить Лесную.

Голанд что-то выкрикнул и толкнул двоих крупных вампиров. Те убрали когти и отворачивая лицо повели девушку к дальней стене.

- Подождите, - голос Зерги остановил их. - Я кое-что придумала. Голанд, сейчас её убьют, а вы будете не причем. Я не могу заняться главным делом, пока она жива. Она может помешать, первородные непредсказуемы. Ты видишь, что она сделала с Сельфовуром - а ведь он был сильным магом, даже по старым меркам, а она всего лишь Лесная и, значит, никакой магии для убийства не использует.

'Что она опять придумала, и почему она так хочет убить Хазимай?' Девочка в кровь искусала губы, переживая за дорогих ей людей, за этими переживаниями, она на время забыла о собственной судьбе. Что ожидает её саму?

То, что придумала Зерги - было настолько гнусно, что девочка даже подумала, что ослышалась. Но нет - все происходило в действительности.

- Иди! - приказала ведьма, и Радан, до этого стоявший словно истукан, послушно развернулся, спустился по ступеням и направился к Хазимай. Сабля, зажатая в его руке, подрагивала при ходьбе и поблескивала, отражая огни свечей. Марианна не могла отвести глаз от клинка - неужели Соболь сделает это? Ведь он же любит Хазимай. Только сам Соболь не понимал этого, а Алмаз и дети давно это заметили.

Однако, он целенаправленно шел к девушке. Вампиры вытолкнули Хазимай навстречу.

- Радан! - закричала Марианна. - Это же Хази...

Голос у нее вдруг пропал, она беззвучно открывала и закрывала рот.

- Заткнись, дура, - прошипела Зерги. - Сейчас ты увидишь, как становятся моим слугой.

Глаза ведьмы горели, она опять стала видимой, и ничем не отличалась от живых. Ей явно нравилось то, что сейчас происходило.

- Соболь, - тихо позвала девушка. Она была обессилена настолько, что даже голос её дрожал. - Не бойся, я не умру. И я знаю, что это делаешь не ты.

Она встряхнула черными волосами, и гордо выпрямилась.

- Запомни, Зерги. Он не станет твоим! Это не он, это ты убиваешь нимфу. И ты знаешь, что за это будет.

В ответ с трона раздался презрительный смех.

- Ты угрожаешь истинному человеку?  Думаешь если приняла человеческий облик, то обрела чувства? Или ты поверила, что можешь любить как человек? Нет, ты всего лишь лесной дух, ты животное.

- Я знаю, - тихо ответила девушка. - Но сейчас я человек. И как ни старайся, этого ты изменить не сможешь.

- А это мы сейчас увидим! Посмотрим в кого ты превратишься после смерти!

Она перевела бешенный взгляд на Радана:

- Убей её!

Соболь, словно кукла, машинально выкинул руку и клинок вошел в грудь Хазимай.