- Веда ждет.

- Амазонки совсем распоясались, - не выдержал Гром. - Зачем ты их здесь держишь?

- Гром! Я тебе тысячу раз говорила, не лезь в мои дела.

- Я не лезу... - пробурчал он вполголоса. - Просто у людей праздник, а эти...

Соболь заметил, что, когда девушка потянулась за стрелой, остальные её товарки сделали тоже самое. Он сам был неплохим лучником, его с детства учила этому мать и сразу понял, что эти девушки обращаются с луком, намного лучше, чем он. Он едва заметил, как у них мелькнули руки и на тетиве уже лежали стрелы. 'Значит, она хотела только напугать, - понял он. - Иначе, Гром и слова не успел бы сказать, а стрела уже торчала бы в горле. Интересная здесь компания. И кто эта Веда?'

Толпа расступилась, по живому коридору шла старуха. Откуда она появилась, Радан не заметил, отвлекся на амазонок. 'Похоже, это и есть Веда, перед которой Алмаз должна отчитываться', - подумал он, разглядывая живописную гостью. Она была очень старой - клюка в руке была совсем не декорацией, старуха опиралась на неё и медленными шажками приближалась к всадникам. Алмаз сразу спрыгнула с лошади и, бросив поводья стоявшим рядом людям, поспешно направилась навстречу. Вслед за атаманшей спешился весь отряд.

- Вернулась? Голова-то еще на плечах? Или отрубили в городе?

Голос был таким, каким и должен быть у такой старухи - дребезжащим и тихим.

- Здравствуй, Веда. Спасибо, что не бросила меня. Гром сказал, что это ты нашла, где меня держат.

Старуха не ответила, она остановилась и закрутила головой, словно принюхиваясь. Все замолчали и удивленно глядели на неё, по их поведению Радан понял, что происходит что-то необычное. Веда подняла голову и её глаза нашли глаза Радана - тот вздрогнул, черные и живые они совсем не напоминали глаза старухи. Она лишь мгновение смотрела так на него, потом опять её голова склонилась и взгляд уперся куда-то в землю.

- Алмаз, зайди ко мне, - проскрипела она. - И приведи с собой этого юношу. Я буду ждать в малом зале. А вы, люди, празднуйте - вернулась наша благодетельница.

Старуха повернулась и пошла к дому. 'Кто она такая? - совсем не старый, пронзительный взгляд Веды, озадачил его. - И, главное, зачем я ей, она, она что - знала про меня?'

После ухода старухи все снова занялись своими делами - бандиты отдали лошадей и их повели на конюшню, сами они смешались с толпой и уже через пару минут Радан остался один. У него тоже забрали Сойку, и он стоял не зная, что делать дальше. Но это продолжалось не долго - из толпы вынырнул парнишка, дернул его за рукав и спросил:

- Это ты Радан?

- Да.

- Пошли со мной. Тебя ждут.

Вслед за парнишкой он поднялся по широкой лестнице, как и все вокруг, выложенной из белого камня.  Они прошли пару небольших залов и вошли в третий, спутник показал Радану на каменную скамью вдоль стены.

- Жди здесь.

Парнишка исчез. Соболь хотел есть, пить и спать, ночь и день, проведенные в седле, давали о себе знать. Он только присел и огляделся - напротив места, где он сидел, на возвышении у другой стены стоял высокий резной стул, из того же вездесущего камня. Несмотря на лепнину на потолке и множество барельефов по стенам изображавших зверей и птиц, зал выглядел пусто и безжизненно. У Радана было такое ощущение, что дом осиротел - люди не были здесь настоящими хозяевами. Не было сомнения, что и дом-дворец и голова-мост, и тот рукотворный овраг - все это творения одного времени, и одних и тех же рук.

Не прошло и пяти минут как с другой стороны зала, растворились широкие двойные двери и в помещение вошли двое - Алмаз и Веда. Старуха шла впереди, за ней стараясь приноровиться к её медленному шагу, брела атаманша. Веда прошла к каменному трону и за несколько приемов уселась в него, Алмаз встала рядом.

- Подойди ближе, мальчик.