Хэл чувствовал, что в это апрельское утро солнце, припекавшее голову и плечи, жжет сильнее обычного. Очень скоро оно развеет туман и сделает день по-летнему теплым. Возможно, во второй половине дня разразится весенняя гроза и напитает Миссури новой водой; тогда, чтобы справиться со штурвалом «Красотки», придется поставить сразу двух рулевых.

Белькур на капитанском мостике готовился к отплытию, мурлыча под нос незамысловатый мотив. Как только Уильям и Виола поднимутся на борт, «Красотка чероки» отчалит от берега и направится в Сиу-Сити. Возвращения Розалинды ожидать не приходилось.

Хэл зажмурился. Господи, как же ему хотелось остаться в Омахе и разыскать ее! Если он отложит это до возвращения из Сиу-Сити, то, возможно, потеряет Розалинду навеки.

Неожиданно приняв решение, Хэл поднялся в рубку.

– Я иду на берег, Белькур, искать Карстерса. Вернусь в течение часа, до того как придут мистер и миссис Донован.

Белькур удивленно взглянул на него и пожал плечами.

– Как знаешь, Линдсей. Пожалуйста, постарайся не ввязаться в какую-нибудь переделку.

Хэл усмехнулся их старой шутке и торопливо распрощался. С семенящим по пятам Цицероном он спустился на бойлерную палубу, где его догнал Эзра.

– Сэр, вы знаете что-либо о планах капитана и миссис Линдсей?

На лице Хэла отразилось удивление: отец никогда не обсуждал с детьми свои дела.

– Они мне ничего об этом не говорили. А почему ты спрашиваешь?

– Они провели ночь на берегу, в отеле «Коззенс», сэр, а только что от Обадаи пришел посыльный и интересовался, не видели ли мы их. Он относил им кофе, но не обнаружил в номере ни капитана, ни миссис Линдсей. Он также навел справки, но, похоже, их никто не видел.

Хэл нахмурился. Матери не оказалось в постели на восходе солнца? Она любила комфорт и обычно спала допоздна, а старик никогда бы не опоздал к отходу судна.

– Нет, я их не видел. Передай привет Сэмпсону и скажи, чтобы послал надежного человека помочь с розыском.

– Слушаюсь, сэр.

Хэл, наконец, сошел на берег. Если его родители в скором времени не появятся, ему придется заняться этим вопросом, хотя он не знал, где, кроме отеля, их искать.

Продолжая хмуриться, он пересек пристань и направился в город. Цицерон неотлучно следовал за ним, то и дело, оглядываясь по сторонам.

У Хэла имелся целый список мест, где он мог бы найти Розалинду. Вверх по Миссури в этот день уходили лишь два судна: «Спартанец» и «Красотка чероки», но от услуг одного из них она уже отказалась, хотя в Канзас-Сити по какой-то неизвестной ему причине она предпочла «Звезду чероки» «Спартанцу». На основании этого Хэл мог предположить, что и теперь ее предпочтения не изменились. Сначала он решил искать Розалинду по игорным заведениям, затем расширить круг поисков до гостиниц. В игорных заведениях первого разряда наверняка вспомнят молодого элегантного игрока в покер, обладающего мастерством профессионала. Если предположить, что сыщики уже задержали ее, он либо подкупом, либо силой вернет ей свободу.

Туман на улицах Омахи был гуще, чем на борту «Красотки», ограничивая видимость до двадцати пяти футов.

Стук колес повозок хотя и оставался приглушенным, делался все громче – это город возвращался к жизни.

– Линдсей! – услышал он из переулка незнакомый голос и резко повернулся, инстинктивно потянувшись за пистолетом; однако в нескольких дюймах от курка его рука застыла. Незнакомец целился ему в грудь из двустволки с расстояния двадцати футов.

Цицерон угрожающе зарычал, и к Хэлу тут же вернулось самообладание. Он неплохо умел блефовать; если удастся потянуть время, возможно, он привлечет внимание какого-нибудь прохожего и тот придет ему на помощь.