Я не знала точно, что это значит. Почему в оба раза забеременело так много ангелов и жён ангелов? И какое отношение ко всему этому имела я?

Но очевидных ответов не имелось, да и сейчас не было времени обдумывать это. Нам предстояло выполнить работу, которую поручила мне Никс.

Я уже отправила Нериссу трудиться над процентом выживаемости новичков, но это лишь одна частичка пазла. Нам всё ещё предстояло убедить людей вступить в Легион Ангелов. Мы должны заставить их доверять нам. Мы должны сделать так, чтобы они готовы были рискнуть всем и доверить Легиону свои жизни. Потому что если даже будет найден какой то способ, который поможет новичкам пережить Нектар, то став солдатами Легиона, они все равно будут рисковать жизнями. Эта война не будет бескровной. Чёрт, да кровь уже проливалась везде, во всех мирах.

– Полагаю, Никс послала вас сюда не только для того, чтобы вынашивать детей? – спросила я капитана Сингх и лейтенанта Джонс.

– Действительно, – бодро отозвалась лейтенант Джонс. Её приятность, должно быть, по законам вселенной уравновешивала неприятность её мужа. – Первый Ангел приказала нам помогать вам в вашей миссии любыми возможными способами.

– Она сообщила вам, чем мы будем заниматься?

На сей раз мне ответила капитан Сингх.

– Наша цель – увеличить численность новобранцев Легиона. Достойное мероприятие.

– Так и есть, – согласилась я. – Но дело не только в том, чтобы удовлетворить пожелания Первого Ангела. Дело в том, чтобы изменить будущий курс человеческой истории.

– Тогда давайте начинать, – оживлённо сказала лейтенант Джонс.

– Как милейший человек вроде вас оказался замужем за типом вроде Ксеркса Файрсвифта? – всерьёз спросила я у неё.

Её брови взлетели вверх.

– Простите, – я бросила на жену Файрсвифта извиняющийся взгляд.

Она рассмеялась.

– Ничего страшного. Ксеркс часто вызывает у людей такую реакцию, – её глаза блеснули, когда она добавила: – Наша магия оказалась совместимой, так что Легион приказал нам пожениться, – похоже, такая судьба её не беспокоила. – Знаете, полковник, я никогда не слышала, чтобы ангел извинялся.

– Вы не слышали этого даже от собственного мужа? – спросила я, не сумев сдержаться.

– Для меня он не ангел, – серьезно ответила она. – Он просто мужчина.

Я не могла представить полковника Файрсвифта просто мужчиной. Я не могла представить его кем либо, кроме того жёсткого ангела без чувства юмора, которого я знала последние два года. Ну, нет, это не совсем правда. То тут, то там я мельком замечала проблески чего то другого. Например, когда умерла его дочь. Это воспоминание вызвало во мне свежее сочувствие к женщине, стоявшей передо мной.

– Я была там, когда погибла ваша дочь, – сказала я ей. – Она сражалась так храбро. Сочувствую вашей потере.

Её глаза широко распахнулись и дрогнули.

– Благодарю, – она прочистила горло, беря себя в руки. – И снова  нетипичное для ангела поведение. Второй раз за две минуты, полковник Пандора.

– Она ещё учится, – сказала Каденс.

– Но вы прошли тест Ксеркса, – сказала лейтенант Джонс.

– С тестами я справляюсь лучше, чем на практике.

Она посмотрела на меня, по настоящему  присмотрелась, словно анализировала меня. Затем заявила:

– Вы в точности такая, какой вас описывает Ксеркс.

– Я настолько плоха?

– Настолько хороша. Конечно, он постоянно твердит о вашем неуважении к правилам и нормам, о вашей грязной манере драться, о ваших язвительных репликах.