К глобальному потрясению добавился скандал и местного значения.

Группа дознавателей и оперов из тридцать пятого отдела милиции была задержана сотрудниками ФСБ в поселке Лосевка за драку с коллегами из Выборгского района, где обе команды ментов участвовали в мероприятии по приобретению железного контейнера с радиоактивным мусором. Обитатели дома номер четыре по Литейному проспекту, уставшие от безумных объяснений скрученных «ГрАДом» мусоров, передали последних по территориальности, дабы с ними разбиралось районное руководство.

Ответственной за выяснение истины прокурор Приморского района Баклушко назначил Лопоухман.

В семейной и в личной жизни у Сары Абрамовны также было не всё в порядке.

Ее любимый сыночек, тщившийся получить первое место на общегородской олимпиаде среди учащихся еврейских лицеев, передрал из Интернета широкоизвестный рассказ «Маленький мальчик в Йом Кипур», выдал его за свое сочинение и был с позором лишен именного талмудика с дарственной надписью главного раввина питерской синагоги.

Ближайшая подруга Лопоухман, работница Следственного Управления ГУВД Ирина Львовна Панаренко, в девичестве – Фира Лейбовна Стукельман, путем интриг отбила у Сары ее «молодого человека», с которой та познакомилась через крышуемое Приморской прокуратурой агентство знакомств «Russian Superwomen».

Конторка была еще та, в основном занималась тупым сводничеством, поставляя проституток-«фотомоделек» богатеньким папикам, но иногда исполняла и заявленные в своем уставе обязанности.

Подобранный для Лопоухман «друг» оказался весьма солидным бизнесменом, кровно заинтересованным в близких и интимных отношениях с правоохранительными органами посредством Сары Абрамовны. Через Интернет коммерсант проплатил директору агентства, выступавшему под странным для мужчины и отчего-то имевшим множественное число псевдонимом «Рашн Гёрлз» две тысячи долларов, и тот свел предпринимателя со следовательшей.

Отношения поначалу развивались нормально, Лопоухман уже грезились собственная «Ferrari Maranello» цвета крови христианского младенца и трехэтажная вилла под Хайфой рядом с поместьем сбежавшего в Израиль телемагната Индюшанского, как вдруг все мечты были грубо растоптаны появившейся на горизонте Панаренко. Бизнесмен быстро ощутил разницу между занюханной районной следачкой и дамой с Захарьевской, и переметнулся под жирный бочок к Ирине Львовне, оставив Сару Абрамовну с внушительным угреватым носом.

Лопоухман устроила «Рашн Гёрлз» дикую сцену, расцарапала худощавому директору агентства знакомств его заостренно-крысиную похотливую рожицу, расстреляла из табельного «макарова» все компьютеры в офисе «Russian Superwomen» и взяла недельный отпуск, чтобы привести в порядок расшатанные нервы...

Лопоухман тяжело вздохнула, вновь вспомнив о коварной Панаренко.

– К-как д-дела с нашими д-д-дознавателями? – скрипучий голос районного прокурора вывел Сару Абрамовну из мира печальных дум.

– Работаю, – обтекаемо ответила Лопоухман и обвела потухшим взором собравшихся на совещание в кабинете Баклушко коллег.

– К-когда б-будет результат? – не угоманивался Андрей Викторович.

«Да п-п-пошел ты!» – со злобой подумала следовательша и зашелестела листочками бумаги, сделав вид, что ищет нужный документ.