Пуля снова прошила вагончик и, опять попав в зеркало, превратила его в мелкие осколки. Джуд бросился на пол. В ушах у него звенело от выстрелов. Сердце бешено колотилось. «Думай!» – приказал он себе. Ему не раз приходилось бывать в подобных переделках. В его голове вихрем пронеслись воспоминания. Аллея в Мадриде. Кафе в Тегеране. Лаос…

Джуд глубоко дышал.

«Думай, думай!»

«Свою спину незнакомцу можно и подставить. Один раз он в меня не стрелял. Может быть, не будет стрелять и во второй. Опасность может исходить от Дина… Но он меня все-таки знает».

«Итак, выскакиваю в дверь. Бегу к противоположному от Дина углу вагончика. Для острастки надо несколько раз пальнуть. Только бы не расстрелять всю обойму! Огибаю угол и потом… Потом будет видно».

Пуля опять прошла сквозь обшивку вагончика. Дин громко смеялся.

«Вперед, солдат!» – приказал себе Джуд и вскочил с пола. Он крепко сжал в обеих руках револьвер – так, как учили его в Секретной службе. Там его научили и тому, что мужчина, когда на него нападают, должен стоять во весь рост.

«Вот только Дин сказал, что я больше не мужчина», – пронеслось у него в голове.

Во дворе продолжали громыхать выстрелы. Джуд прыгнул к двери.

– Нет, я мужчина! – закричал он и выскочил наружу.

На мгновение яркое солнце ослепило его. Он почувствовал, как мимо его головы просвистело несколько пуль. За углом послышался приглушенный женский крик. Джуд наугад два раза выстрелил в ту сторону.

Солнце больше не слепило его. То, что он увидел, было похоже на кадры замедленной съемки. Нора, сжимавшая в руках свой револьвер, делает два шага от угла кафе и падает на песок. На ее белой блузке две красные розы.

Джуд только потом понял, что она поспешила из кафе на помощь ему. Сейчас же он знал доподлинно только то, что она убита. Он умел стрелять на звук. Стрелять практически без промахов.

Джуд застыл. Он больше не обращал внимания на гремевшие выстрелы. Пошатываясь, он медленно пошел к лежавшей на песке Норе.

– Ложись, Джуд! – закричал Уэс и выпустил сразу пол-обоймы в сторону Дина. Одна пуля попала тому в плечо – на нем выступило кровавое пятно. Дин скрылся за углом вагончика.

Джуд, ничего не видя и не слыша, продолжал брести к Норе.

– Прикрой меня! – крикнул Джуду Уэс, зорко следя за углом вагончика.

Обратившись к Джуду с неожиданным приказом, он думал, что тем самым заставит бывшего сержанта прийти в себя и залечь. Джуд не должен был погибнуть.

– Мы – морские пехотинцы, – крикнул Уэс Джуду. – Мы прибыли сюда тебе на помощь!

Джуд продолжал идти к безжизненному женскому телу.

«Поменяй позицию!» – приказал себе Уэс и, пока Дин не высунулся из вагончика, отбежал в сторону и спрятался за припаркованным у кафе джипом.

Про морских пехотинцев, прибывших на подмогу Джуду, он сказал больше для собственного успокоения. Помощи ждать было неоткуда. Сотрудники группы спецподдержки, следившие за Дином и направившие в это придорожное кафе Уэса, сидели в своих замызганных автомобилях примерно в миле отсюда. Они не профессионалы и носа сюда не сунут…

Джуд стоял у распростертого на песке тела Норы. Ее широко открытые глаза смотрели вверх, в синее небо, револьвер выпал у нее из рук.

Это он убил ее. Он не хотел. Это несчастный случай.

Но именно он убил ее.

Ему хотелось провалиться на месте. Исчезнуть. Чтобы только не видеть ее глаз.

Над головой Норы уже жужжали жирные мухи.

Обезумев от нестерпимой душевной боли, Джуд вбежал через дверь черного хода на кухню.