Но Ник не был поэтом. Единственное, что тревожило его сейчас, было сильное чувство страха. «Прочь, гони его прочь!» – приказал себе Ник.

Красные габаритные огни «кадиллака» стремительно приближались.

Шел сильный дождь. «Даже если Бернс и поглядывает в зеркало заднего вида, – успокаивал себя Ник, – он все равно не увидит „порше“».

«Кадиллак» двигался прямо по центру дороги. В отблеске от мощных фар лимузина Нику были уже хорошо видны силуэты Бернса и его пассажира. «Двигателя „порше“ они, наверное, не слышат. По-видимому, в „кадиллаке“ все стекла наглухо закрыты. А может, работает радио», – с облегчением подумал Ник.

«Кадиллак» был уже совсем рядом.

Ник слегка повернул руль влево, вдавил педаль акселератора в пол и, когда капот его машины поравнялся с боковой стойкой «кадиллака», резко вывернул вправо.

Все остальное свершилось в полном соответствии с законами физики.

«Кадиллак» слетел с дороги, попал в придорожную канаву, перевернулся несколько раз и уткнулся в стену деревьев.

Сам Ник успел удержать «порше» на дороге и нажал на тормоз.

На несколько мгновений он потерял сознание от удара. И когда пришел в себя, почувствовал, как что-то липкое течет у него по лицу. Кровь.

Ник уставился на треснувшее ветровое стекло. У него сильно болел лоб, руки одеревенели, колено от удара о рулевую колонку невыносимо ныло. «И это хорошо, – улыбнулся он. – Если чувствую боль, это просто великолепно!»

Ник с трудом выбрался из машины.

Разбитый «кадиллак» был метрах в двадцати от него. Из-под его капота струился пар.

«Боже мой!» Ник не знал, то ли радоваться, то ли горевать.

«Как бы то ни было, будь осторожен», – приказал он себе, вытащил из кармана пистолет и направил его в сторону «кадиллака»…

Через несколько мгновений сквозь шум дождя он услышал сначала стоны, а потом причитания Джека Бернса: «Моя нога, моя нога…» Правая передняя дверь лимузина открылась, и оттуда вылез человек с белой повязкой на голове. Ступив на землю, он вскрикнул и упал.

– Помоги, помоги мне, – кричал Бернс из «кадиллака», – нога, я сломал ногу…

Мужчина с белой повязкой слабо прокричал в ответ:

– Не могу…

– Черт бы тебя подрал! – плаксиво заорал Бернс.

– Что, что с нами произошло? – спросил человек с белой повязкой.

«Да они и не видели меня! – осенило Ника. – И даже сейчас не видят. Они и не догадываются, что произошло!»

Теперь он чувствовал, что неуязвим. Такого ощущения безопасности не давал ему даже зажатый в руке и направленный в сторону «кадиллака» пистолет.

Медленно, очень медленно Ник отступил назад и залег в кювете у дороги. Он внимательно наблюдал за лимузином, по-прежнему держа его под прицелом. «Эти двое должны оставаться здесь всю ночь. Вряд ли они предпримут что-нибудь против меня. Ведь пока они меня не видели… А если разглядят „порше“ на дороге и решатся на что-то? Когда решатся, тогда и буду думать, как поступить. В любом случае в таком состоянии они не представляют особой угрозы ни мне, ни Джуду с Уэсом. Только бы не появился кто-нибудь из друзей Бернса и этого второго человека, чтобы помочь им. Что же касается Джуда и Уэса, то, завершив свои дела в доме Вэрона – что, интересно, это за дела? – они дойдут пешком до искореженных машин, и я тихо уведу их прочь. Чем больше секретности, тем и безопасности больше!»

Ник лежал в кювете на животе.