У Джуда занемели пальцы. Оставаясь на корточках, он начал их разминать. Кертейн уселся на землю.

– Когда я узнал, что меня собираются сюда десантировать, – сказал Джуд Лиссону, – я выкрал твое досье. – В воздухе запахло каким-то сладким цветком. – Я хотел иметь гарантии на тот случай, если ты захватишь нашу группу… как и предыдущие шесть групп. Сознайся Лиссон, ведь это твоя работа?

Чернокожий на вопрос не ответил. Он спросил:

– А если бы ты не попал в мои руки?

– Сейчас это уже не важно, – пожал плечами Джуд. – Кстати, что же ты все-таки сделал с американцами из наших предыдущих групп?

Лиссон снова не ответил на вопрос.

– Ты уже рассказал мне о своем задании, – ухмыльнулся он. – И твоя дерьмовая легенда мне тоже известна. Так что из тебя даже не придется выбивать показания в бункере. Нового от тебя мы ничего не узнаем.

– А это как сказать…

– Так я тебе и поверил, – хохотнул Лиссон.

Пальцы Джуда обрели чувствительность. Он достал из тарелки деревянные палочки. Охранник положил на тарелку немного риса. Медленно повернув голову, Джуд посмотрел, что делается у него за спиной. Лаосцы, перешучиваясь друг с другом, жадно ели. Вьетнамский резидент был привязан к дереву, но повязку с его глаз партизаны сняли.

– Решение принято, – сказал Лиссон.

– И все же подумай, – сказал Джуд.

Два лаосца, полулежа у дерева, курили стеклянную трубку. Затяжки из нее они делали по очереди. Дым от трубки имел сладковатый запах, запах какого-то цветка. «Да это мак», – понял Джуд.

– Слушай, Лиссон, – сказал он. – Я имею долю в торговле опиумом. Здесь на нем можно прилично заработать… У меня, как у настоящего капиталиста, недостатка в наличных нет.

– Ах ты сволочь! Сколько же вас таких удальцов в Сайгоне? Тысяч двадцать пять? И каждый торгует наркотой? Сколько народу вы уже успели погубить здесь и у себя дома!

– Наркоман он и есть наркоман. Он все равно купит отраву – не у нас, так у других. Так что не надо забивать себе голову чужими проблемами. Тем более что эта торговля приносит солидную прибыль.

– Ты – подонок! – закричал Лиссон.

– Я – прагматик, – спокойно сказал Джуд. – И призываю стать прагматиком и тебя.

– Мне не нужны деньги, которые делают, отравляя людей!

– А речь и не идет о тебе. Эти деньги могут пойти на нужды твоей революции… Вспомни-ка, братец, в пятидесятые годы чем-то подобным занимались французы. Они финансировали свою войну в Индокитае за счет продажи опиума. Кстати, именно здесь, в этой долине, они выращивали мак и переправляли его в притоны Сайгона. Это у них называлось «Операция Икс». Когда об этом пронюхало ЦРУ, французы посоветовали американцам держаться от этого подальше.

– Как могло ЦРУ держаться подальше, если его люди занимались и занимаются тем же самым?! – мрачно рассмеялся Лиссон.

– У меня есть плантации в Бирме, – не обращая внимания на его замечание, продолжал Джуд. – Мак выращивают солдаты армии Гоминьдана, которую твой приятель Мао выпер из Китая. Так вот, если ты обеспечишь охрану наших караванов, направляющихся к тайным аэродромам в Лаосе, будешь иметь солидные деньги… Кроме того…

– Что – кроме того?

– Я мог бы стать твоим информатором, – сказал Джуд. – Ты отпускаешь меня восвояси – для этого надо организовать ложный побег. Меня, возможно, назовут тогда героем, и я быстро пойду вверх по служебной лестнице.