– А девку-то на общее кладби́ще? – спросил десятник, поставив ударение именно так, на второй слог.

– Да, – кивнул охотник. – Она была хорошим человеком… По крайней мере, насколько это было возможно, живя с подобными мразями.

– Вы их знаете?

– Выполняйте приказ, – бросил он и зашагал обратно в город.

*****

Мутный ломился сквозь лес, не разбирая дороги. Вначале его гнал страх, но вскоре нервы успокоились, а в голове созрел некий план. На улице уже начинало темнеть, но это его не пугало. Ночные хищники, мутанты, что выбираются на охоту после захода солнца, для него это лучшие друзья. Напротив, сейчас он как никогда желал встретить монстра, да пострашнее. Вот только проклятые охотники вычистили все близлежащие земли. А обыкновенные дикие звери Мутного интересовали мало.

Он брёл до тех пор, пока видимость не упала до минимума. А едва солнце полностью закатилось за горизонт, мир погрузился в кромешную темноту. Невидно было даже пальцев на вытянутой руке. Да что там, её и в плотную удавалось больше ощутить, чем рассмотреть. Очень хотелось жрать, а ещё больше курнуть чего-нибудь покрепче. Но, увы, косяк остался на торпеде в машине, хотя его и прикурить-то было нечем. А потому мысли о костре так и остались фантазией.

Мутный улёгся на пожухлую, прошлогоднюю листву, которая сплошным ковром покрывала землю, свернулся калачиком и завыл. Впервые в жизни ему стало по-настоящему тоскливо и одиноко. Вскоре вой перешёл на крик, а затем и вовсе стих. Наркоман провалился в тяжёлый, полный кошмаров сон.

Пробуждение тоже сладким не назовёшь. Промозглый, утренний холод, от которого тряслось всё тело. Ни воды, ни еды, только бесконечный лес вокруг. Мутный брёл по нему, спотыкался, крыл благим матом всё, что только попадалось на глаза. Он уже давно заблудился и не имел ни малейшего понятия, в какую сторону нужно идти. Однако, всё равно упрямо продолжал переставлять ноги.

Ближе к полудню, он впал в полную апатию, из которой его вывел громкий треск кустов. Вначале Мутный проводил крупного рогатого зверя безразличным взглядом, но спустя секунду встрепенулся.

– Ёбанарот, олень! – воскликнул он. – А ну, иди сюда цыпа.

Лось, а это был именно он, послушно приблизился и покорно склонил рогатую голову перед хозяином. Мутный попытался вскарабкаться на него, но это оказалось не так просто. Слишком высокий круп, да и ухватиться не за что. Но наркоман быстро сориентировался и заставил зверя припасть к земле, после чего взгромоздился верхом и ухватился за ветвистые рога.

– Давай, мчи меня домой, жопа с рогами! – радостно крикнул он, и лось не спеша тронулся с места.

Настроение быстро поползло вверх, а когда животное вышло на тропу явно человеческого происхождения, окончательно закрепилось на верхней отметке. Так, насвистывая незатейливую мелодию, Мутный выбрался к какому-то старинному, заброшенному когда-то давно посёлку.

Выглядел он максимально удручающе. Весь зарос, деревья брали своё начало в срубах и уходили своими кронами ввысь, закрывая солнечный свет. Мутный покинул лосиный круп и некоторое время лазал по сгнившим до состояния трухи руинам. Ему очень хотелось жрать, вот только ничего, даже отдалённо напоминающего еду, отыскать так и не удалось. Хотя в одном из заросших подвалов он обнаружил банки, с прогнившими напрочь крышками. Когда-то в них хранились соленья, но теперь их наполняла земля и другой природный мусор.

Мутный не сразу понял, с чего вдруг он решил понадеяться на добычу. Но как только лось покинул пределы заброшенного посёлка, перед ними вновь появилась широкая тропа. А это означало только одно: где-то неподалёку присутствует разумная жизнь. Именно к ней и стремился наркоман.