– Тогда где этот уёбок находился все тридцать лет, пока тебя не было? Почему он объявился вместе с твоим появлением?

– Вот и я над этим голову ломаю, – вздохнул Гера. – Одно ясно наверняка – его силы сильно подтаяли с того момента.

– Может, ты и прав, – вздохнула Лена и вылила себе в стакан остатки самогона.

– Э, а ты не охуела часом, а нам? – тут же возмутился наркоман.

– Ой, не зуди на хуй, сейчас ещё принесут, – с этими словами Лена позвонила в колокольчик и сделала заказ возникшей за спиной рабыне.

Не прошло и пяти минут, как на столе появился полный графин алкоголя, а так же обновилась закуска. Пока двое молоденьких рабов шуршали вокруг, исполняя приказ госпожи, друзья молчали. Каждый думал о чем-то своём.

– Я всё равно не поняла, почему ты решил, что Кукловод знаком с нами лично? – первой нарушила тишину Лена.

– Не знаю, как-то уж очень тонко он действует, словно знает нас, предугадывает некоторые моменты. Вот, например, тебя он закопал, когда нас не было рядом. Опять же, решение странное, ведь рано или поздно мы бы всё равно тебя нашли. Думаю, к утру – край. Свидетелей множество оставил, да и закопал прям под самым носом. Он словно издевается, мстит за что-то. Плюс ситуация со мной…

– А с тобой-то что не так? – уставился на приятеля Мутный.

– Ну как же? – ухмыльнулся тот. – Так мастерски заманить меня во тьму, где я сам себя закрою в ловушке… Нет, он точно знал, каким образом я собираюсь действовать. Ну, может, не точно, не на сто процентов, однако вероятность он просчитал. Я вообще думаю, что к самой тьме он не имеет никакого отношения. Непонятно только, почему он молчал все эти тридцать лет.

– Выходит, что к тьме он отношение имеет, – пожал плечами Мутный. – А как там вообще, когда внутри?

– Да так же, как когда мы могли её генерировать.

– Кстати, о птичках, – оживилась Лена. – С тех пор, как ты исчез, мы так и не смогли больше вызвать это состояние. Я всегда думала, что дело в тебе, но затем попробовала провернуть это в машине. Не сработало.

– Видимо, что-то я всё-таки изменил, когда пытался разогнать тьму над Москвой. Хм-м, вот что интересно: когда я вернулся, то первым делом попробовал высвободиться. Тем же способом, каким загнал себя в ловушку. Может, именно в тот момент я что-то вновь активировал? А Кукловод потому и молчал все тридцать лет, ведь я каким-то образом смог заткнуть выход тёмной энергии в наш мир. Тьма ведь больше не разрастается, так?

– Ну по поводу её роста я хуй знает, замеров не делал, – ответил Мутный, – Да и неизвестно ещё, росла ли она до всего этого дерьма.

– Росла, и мы это видели, – уверенно заявил Гера. – Теперь она будто в ловушке, как и я когда-то. Словно застряла в аквариуме или мыльном пузыре, если угодно. Я надёжно её запечатал и себя вместе с ней. Возможно, когда попытался выбраться, создал небольшую червоточину, через которую Кукловод снова начал черпать энергию. Вот в чём вопрос: его силы возросли после того, как я выбрался?

– Думаю да, – кивнула Лена. – До того, как ты смог выбраться, максимум, что ему удавалось, взять под контроль одного человека. Бронницы он разнёс уже с помощью нескольких. Да и меня чуть ли не половина стойла закапывала. Я успела увидеть их глаза, и там был далеко не один подконтрольный.

– Это всё догадки, у нас нет фактов, – парировал Мутный. – Да и, опять же, хули нам толку со всех этих знаний, если мы понятия не имеем, кто он такой. Вот мы сейчас сидим, бухаем, мирно общаемся, а там, – он кивком указал за спину, – огромный хуище к жопе подбирается.