Глава 8

В следующее мгновение они распластались на земле и лежали под палящим солнцем. Ни звука, ни дуновения ветерка. Это тянулось очень долго. Потом Шинглтон вдруг направил винтовку в сторону леса и начал стрелять. Он успел сделать четыре выстрела, когда к нему присоединился кто-то еще, потом третий, и вот уже все, кроме Тисла и Орвала, стреляли без перерыва — словно в костер бросили коробку патронов, которые беспорядочно взрываются.

— Хватит! — приказал Тисл.

Никто не подчинился. Полицейские палили беспрерывно.

— Я сказал, хватит! — рявкнул Тисл. — Прекратить!

Его никто не слышал. Винтовки были разных систем и различных калибров. Грохот получался разноголосый и оглушающий.

Орвал, удерживавший последнюю оставшуюся в живых собаку, тоже кричал:

— Перестаньте!

Тисл, приподнявшись из ложбинки, пригрозил:

— Кто еще выстрелит, тот потеряет двухдневную зарплату!

Это возымело свое действие. Полицейские затихли, сжимая нагревшиеся стволы винтовок.

— Иисусе, — прошептал Шинглтон.

Он был бледен, кожа обтянула скулы, как на барабане.

Уорд облизнул пересохшие губы.

— Вот именно, Иисусе.

— Никогда еще я не был в таком переплете, — пробормотал кто-то.

— Ну что, кто-нибудь попал в парня, а? — спросил Митч.

— Кто-нибудь ранен?

Все Окей, — поинтересовался Уорд.

— Все в порядке, — ответил Лестер.

Тисл смерил его взглядом.

— Это не так. Нас только девять. Джереми упал вниз.

— И с ним три моих собаки. А две другие застрелены, — сказал Орвал. Он говорил монотонно, точно автомат, и все обратили на него удивленные взгляды. Пять. Пятеро погибли. — Лицо Орвала было серым, как цементный порошок.

— Мне очень жаль, Орвал, — проговорил Тисл.

— Что тебе еще остается делать? Ведь это была твоя дурацкая идея. Ты бы мог подождать, пока за это возьмется полиция штата.

Последняя собака дрожала, прижавшись к земле, и скулила.

— Ну, ну, ну, ну, — успокаивал ее Орвал, поглаживая по спине, он глядел на двух мертвых собак у края обрыва. — Мы с ним рассчитаемся, можешь быть спокоен. Если он еще жив, мы с ним рассчитаемся. — Он перевел взгляд на Тисла, и его голос стал громче. — Ты просто не мог дождаться полицию штата, да?

Полицейские смотрели на Тисла, ожидая, что он ответит. Тисл пошевелил губами, но никто ничего не услышал.

— Что такое? — спросил Орвал. — Если тебе есть что сказать, то наберись мужества и скажи.

— Я говорю, вас никто не заставлял сюда идти. Вы наслаждались собой, демонстрируя всем нам, какой вы крепкий, бежали впереди всех, а чтобы мы видели, что вы умнее всех, быстренько поднялись по трещине в скале и сдвинули тот валун. Вы сами виноваты в том, что ваши собаки погибли. Вы так много знаете, вот и могли бы держать их подальше от края.

Орвал затрясся от гнева, и Тисл пожалел, что раскрыл рот. Он уставился в землю. Не надо было ему высмеивать стремление Орвала превзойти всех. Тем более, что Тисл был благодарен, когда Орвал сообразил, как сдвинуть валун влез на него, обвязал концом веревки, а остальным велел тянуть за другой конец, сам же использовал как рычаг толстую ветку.