- Именно. И твои дети будут полноценными ангелами. И будут с радостью... не-а, с восторгом и любовью приняты на Небесах.

Дети. Да, ради всего святого и порочного, Ревенант никогда не думал, что доживёт до них. Когда он был падшим, инстинкт подсказывал быть аккуратным, не заделывать ребёнка. Но теперь... Сейчас у него было будущее, и его дети вырастут в безопасном мире, с любящими родителями.

Но всё же...

- Преследование вирмов нужно прекратить, - заявил он. - Я видел, через какой ад прошла Блэсфим. Всем вирмам будут рады в Шеуле.

- Справедливо, - высказался Метатрон. - С этого дня, ни за одним вирмом охотиться не будут. Любое ангелоубийство будет наказуемо.

Честно.

- Согласен. - Ревенант протянул руку, но Метатрон просто уставился на неё. А затем, полностью ошарашив Ревенанта, крепко обнял его.

- Племянник, - пробубнил он. - Как же долго я ждал этого дня. Я видел, со дня образования небес, как всё ведёт сюда, но были времена, когда моё видение затуманивалось, и я боялся, что пророчества изменились. - Он отпустил Рева, которого потрясли увиденные в глазах дяди эмоции. - Добро пожаловать домой, Ревенант. Добро пожаловать.

* * *

«Это точно засада».

Ревенант и Ривер сплочённо окружили Ресефа, когда тот остановил белогривого коня, Завоевателя, на пляже Орегона. Конь фыркал и скалился на Ривера и Рева, которые отошли за пределы досягаемости зверя.

- В чём дело? - Ресеф, одетый лишь в плавки, спешился. Парень постоянно был полуголым, Рев мог поклясться, что он чаще был вообще голым. - Я перед барбекю решил проветрить коня.

Барбекю в доме Ресефа и Джиллиан уже шло полным ходом, и Ресеф это знал. По словам Ривера, Ресефу просто иногда нужно побыть в одиночестве, чтобы убежать от воспоминаний того, что сделал братьям и сестре, когда его печать сломалась, и он стал Мором.

- У меня для тебя кое-что есть, - сказал Ревенант.

- Для меня? - Светловолосый Всадник с подозрением посмотрел на Ревенанта. - И что же это может быть?

- Открой Хэрроугейт к могиле твоей сестры.

В глазах Ресефа вспыхнула искра, затем Всадник прищурился.

- Арии? Зачем?

- Доверься мне. - Это было рискованно, учитывая их прошлое, но Ревенант всегда любил риск. Ресеф колебался, напряжённую тишину нарушали лишь шум набегающих волн и крики чаек. Наконец, Всадник посмотрел на Ривера и кивнул.

- Ладно, но если это уловка, клянусь, я вас уничтожу.

- Замётано.

Ресеф позвал жеребца.

- Завоеватель, ко мне.

Конь заржал и растворился в струйке дыма, которая плавно перетекла на плечо Ресефа, формируясь в тату. Без сомнений, Всадник не хотел рисковать и провёл пальцем по шраму в виде полумесяца, призывая броню. И тут же, словно из ниоткуда, металлические пластины облепили его тело, как вонючий трансформер. Ревенант всегда думал, что Всадников круто одарили. Затем Ресеф открыл личный Хэрроугейт и зашёл в него, за ним последовали Ривер и Ревенант. Они перенеслись на крохотный островок в Шеуле. Маленький оазис зелёных, красных и пурпурных всполохов, редкая жемчужина в обыденном мраке ада. Рядом с пляжем, в ограждённой нише, располагалась небольшая могила с высеченным вручную мраморным надгробием. И в тени этого надгробия был небольшой холмик.

- В чём дело, дядя? - грубым от подозрений голосом спросил Ресеф.

Рев встал рядом с племянником.

- Твоя сестра была человеком. И её душа тысячи лет была здесь в ловушке.

- Спасибо за напоминание.

Закрыв глаза, Ревенант открыл разум своим желаниям. Спустя мгновение, перед Всадником появилась светловолосая девочка - столь же осязаемая, как и надгробие - чьи глаза были очень похожи на глаза Ресефа.

- Попрощайся, Ресеф, - тихо проговорил Ревенант. - Я освободил её душу из Шеула и скоро она отправится на Небеса.

Ресеф опустился на колени, а Ревенант и Ривер отвернулись.