- Ты ведь знаешь, что со мной можно и не париться, - произнёс Рев немного несвязно. - Я бессмертен. В конце концов, излечился бы сам.

Блас посмотрела на него.

- Поэтому я не волнуюсь об инфекции и красоте швов. - Она протянула нить. - Но ты не должен страдать, пока исцеляешься.

Он приоткрыл глаза, всего на миллиметр, но Блас чувствовала, как его взгляд обжигал кожу.

- Уже очень давно никого не волновало, страдаю ли я.

Она перестала дышать. Стоило бы сказать, что её переживания - часть её работы, но под его "очень давно" вряд ли крылись года или десятилетия. Может даже и ни века. Неужели он настолько ужасен, что всем на него начхать? Или он намеренно всех отталкивал?

В любом случае, это было душераздирающе.

- Просто расслабься, и через пару минут станет лучше.

Он улыбнулся одним уголком губ.

- Обещаешь?

- Да.

- Посмотрим.

Склонившись над его рваной раной, она вернулась к работе.

- Ты не слишком-то доверяешь?

- Потому что люди не достойны доверия.

Она хотела начать спор, потому что встретила несколько людей и демонов достойных доверия, но Рев закрыл глаза, а его дыхание стало глубоким и устойчивым.

Она сорок пять минут в тишине зашивала Ревенанта. А когда закончила, её телефон завибрировал от входящего сообщения.

"Завтра в 14:00 в моем офисе".

Док Риз никогда не церемонился. Отложив телефон, она вернулась к Ревенанту.

- Что там? - сонно спросил Рев, все ещё не открывая глаз. И все же, ему как-то удавалось быть настороже, чего не вышло бы ни у кого даже после десяти часов сна и пяти кружек кофе

- Ничего.

Он приоткрыл глаза, на его лице читалось раздражение.

- Меня мало что бесит больше, чем ложь.

- Ладно, - сказала она. - Кое-что, но это не твоё дело. Не совсем ложь.

Он вперил в неё взгляд своих черных глаз.

- Ты ведь знаешь, что я не враг?

- На самом деле, нет, не знаю. - Она наложила повязку на рану. - Ты падший ангел, и больше, чем кто-либо должен знать, что падшие не сильно-то в почёте.

- В этом ты ошибаешься. - Бутылка, о которой он казалось, забыл, вновь стала ему лучшим другом, и он пригубил ещё. - Я не падший, а стопроцентный, полноценный небесный ангел. - Из-за алкоголя его голос стал тише и бархатистее. - Какая идиотская шутка.

Он нёс околесицу. Блас потянулась за бутылкой.

- Дай я её просто заберу...

Он отдёрнул руку.

- Моя.

Блэсфим фыркнула.

- Как твой врач, я тебе приказываю, отдай.

- Моя.

- Отдай её мне, - проскрежетала она

Он неторопливо скользнул по Блас откровенным взглядом.

- Моя, - прорычал он, заставляя её тело пылать, словно он и не о бутылке говорил.

- Сдаюсь, - пробормотала она, складывая инструменты в сумку.

Он криво улыбнулся.

- Мне нравится, что ты легко мне уступаешь.

- Ну, не надейся, что я в чем-то ещё так же уступлю. Если хочешь похмелье рекордных размеров, дело твоё. Не проси у меня аспирин.

Он вновь окинул её взглядом из-под полуопущенных ресниц, вновь распаляя жар в теле Блас.

- В барах часто поют песню о том, как лучше смотреть на женщину в момент близости. - Он вновь поднял бутылку. - Ты уже горяча, как сам ад, но выглядишь, как ангел.

- Ах, держу пари, ты говоришь это всем врачам, которые тебя зашивают.

- Нет, только тебе. - Он прищурился на Блас, потом перевёл взгляд на бутылку и вновь на Блас. - Я не знаю, что в бутылке, но от этого ты выглядишь иначе. Словно ангел пытается прорваться через размытое изображение.

Он опять нахмурился на бутылку, не обращая внимания на то, что Блас начала задыхаться. Неужели из-за алкоголя он мог видеть через её маскировку?

Сделай что-нибудь и быстро.

- Э-э. - Она указала на рану.