Изменить размер шрифта - +

— Твою ж…

Чертов Магистр Йода! Ещё бы больше пафоса и загадочности нагнал… И почему нельзя разговаривать нормально?

 

* * *

Прокатавшись ещё три часа по городу, мы опросили пятерых человек. Все они не так давно связывались с Кейтлин. И… все, как один были «в завязке». Из них мне запомнился Боб — инструктор по серфингу.

Молодой крупный парень. Слегка сутулый и со стеклянным взглядом, но видимо — это не мешало ему учить детишек кататься по волнам на доске.

— Мы познакомились у Филча… — у Боба была крайне интересная манера общения. Он, как будто внезапно проявлял интерес. Пододвигался и участливо смотрел тебе в глаза… Но эффекта хватало на полминуты, если не меньше. Парень мгновенно выдыхал и откидывался на спинку кресла, как будто тебя для него уже не существовало вовсе.

— Надзиратель Хогвартса? — поинтересовался я.

— Ага… — кивнул Боб и вновь бесчувственно откинулся на спинку плетеного кресла: — Миссис Норис была на шухере. Правда, потом её поймали ваши собратья. Но она стойкая женщина! Вынесла все пытки, а затем отправилась полоть государственные огороды аж на десять лет.

— Кошка? — продолжал спрашивать я.

— Нет. Филч — дилер. Распространитель «Смолы». А ещё он был контролером. Чтобы никто не палил контору. Потому его так и назвали. А Хогвартсом называлось место, куда ты мог прийти и полетать. Кафе на Минин Стрит. «Золотой ключик»… Его ещё закрыли из-за пожара.

— Припоминаю. — кивнул Хук: — Так, почему Миссис Норис попалась?

— Потому что, кто-то сдал контору. Началась облава! И Миссис Норис героически приняла удар на себя. А потом её пытали… — Боб вздохнул, и хотел поднести руки к лицу, но тут же осекся. Нарики частенько грызут ногти.

— Мы не пытаем людей. — ответил Папуля.

— Прикрываете своих собратьев. Это нормально. У каждого есть семья… Вот, к примеру, для меня семьей были Кетти и остальные ребята из «Золотого ключика». Я тоже их покрывал. Это нормально!

— Но мы и правда не пытаем людей. — здоровяк с недоверием посмотрел на Боба: — Давай, так… Как только вы соскочили — общение прекратилось?

— Нет. Мы же долго проверялись у врачей… Я вообще сидел на метадоне около месяца. И без помощи Кетти вряд ли бы завязал. — вздохнул парень: — В этом деле важна поддержка понимающих людей. Когда специалисты или… не дай бог — родственники говорят, что всё пройдёт. Или… что в этом нет никакой проблемы, ибо всегда можно соскочить — я улыбаюсь. Но не радостно… а, скорее — очень грустно. «Чистый» никогда не поймёт «грязного». Поэтому их слова всегда кажутся фальшивыми.

— Когда последний раз вы разговаривали с Кейтлин? — спросил Хук.

— Недели три назад… Знаете, у неё были свои фишки. Я относился к этому с пониманием.

— Какие «фишки»?

— Ну… Кетти была психотерапевтом всю свою жизнь. Помогала раненым и искалеченным душам прийти в норму. Говорят, она смогла доказать в суде, что у одного из «больных» не было никакого трансцендентного психоза. Представляете? Это должно было перевернуть мир… Но дело замяли. Кетти тогда чуть не сорвалась! Мы поддержали её, однако осадок остался. Она воспринимала это, как предательство.

— Кошмар. — вздохнул я, осуждающе покачав головой.

— Не то слово. — у Боба вновь включилось участие, и он придвинулся ближе к нам: — А ты, с выбритыми висками… Я чувствую в твоём голосе осуждение.

Быстрый переход