Изменить размер шрифта - +
А Кайли можно доверять! Но на самом деле её сейчас больше волновала эротическая практика Бисмарка, которая была направлена на меня. Но тем не менее! Мог бы хоть намекнуть, что с Ленским не так?

В общем — я призираю всех тех, кто делает клиффхенгеры. На вилы их надо посадить.

Когда мы вышли на улицу, то обнаружили довольно странную картину.

Медики таскали черные мешки в кареты скорой помощи, а Осьминог безуспешно пытался развлечь побледневшего и загрузившегося Макса. Видимо, наш хацкермен ещё не встречался с таким количеством трупов, поэтому испытывал «легкий» шок.

— Чего? Под впечатлением? — усмехнулся я, присев на корточки перед Мистером Ржавым.

— БУЭЭЭЭЭ!!! — не выдержал он, и резко отвернувшись, продемонстрировал содержимое желудка.

— Воу! Братишка! Полегче! — хохотнула Бисмарк и похлопала парня по спине.

— Не трогай… Это со многими бывает. — ответил я: — Осьминог! Дай ему воды.

— Угу… — парень тут же вытащил бутылочку и протянул Максу.

— Спасибо… — выдохнул хацкермен и сделал пару глотков: — Простите! Я… Честно… Я ещё с таким не сталкивался. В прошлый раз всё было… немного иначе. А тут… Прямо толпой и всех сразу… И они лежат… А потом ещё этот… Ну, который мотоцикл подорвал…

— Меня за этот мотоцикл теперь хотят изнасиловать. — обреченно вздохнул я.

— И изнасилуют. — строго заявила Бисмарк, от чего Кайли, словно мама-кошка, загородила меня собой.

— Бразильский сериал… Кхе-кхе… — выдохнул Макс, и на мгновение, его лицо стало совершенно другим. Каким-то злым и очень раздраженным.

— Ага. Бразильский. — отодвинув бодикадо в сторону, я внимательно посмотрел на пацана, но тот быстро превратился обратно в новорожденного жеребенка, который стоял на трясущихся ногах: — Но этот мир тоже бывает жестоким. Стоит привыкнуть.

— Не так сразу… — ответил хацкермен, а затем устремил болезненный взгляд на Кайли: — Что вы чувствуете, когда разом лишаете жизни несколько десятков человек? Они же… живые. Их, возможно, дома ждала семья. Не думали, что убивать — это очень и очень плохо? Новый мир пропагандирует пацифизм.

— Я лишь выполняю приказ, мальчик. — холодно ответила Жнец: — Моя работа — нажимать на спусковой крючок без лишних мыслей.

— Вот так запросто?! — казалось, что Макс был искренне удивлен.

— Кто-то взламывает внутренние системы небоскреба. Вот так запросто. А кто-то убивает предателей. Вот так запросто. — сухо ответил я: — Возможно, тебе станет легче, если я скажу, что они сами выбрали этот путь? На свете есть много профессий, которые заставляют людей рисковать. Монтажник, например. Или спасатель. А есть солдат, охранник и телохранитель. Это наемники, которые рискуют своей жизни во имя работодателя.

— Да, но… — видимо, аргументы у Макса иссякли, и он просто недовольно отвернулся: — Мне нужно это пережить.

— Никто не спорит. Мы не будем тебя донимать разговорами. — я похлопал парня по плечу и залез в фургон: — Осьминог! Давай за Кри и Бальником. Жрать охота, что писец.

— Угу… — бомбила тут же сел за руль и запустил двигатель: — Куда поедем?

— Заскочим в «Макдак». Чтобы по-быстренькому.

Бычок издал совершенно нетипичный для себя рык, а затем довольно резво покатил по пробуждающимся улицам. В новостях поди опять скажут, что остатки ренегатов попытались взять контроль над небоскрёбом, или что-то типа того… СМИ всегда выкручиваются.

Быстрый переход