— Эмбрион, значит? Что же, в таком случае расскажи мне о своих планах. Не то, чтобы я горел желанием узнать… Но всё же, мне надо понимать, во что именно я вляпался.

— О… Задача моего вида — обеспечивать естественное течение эволюции во Вселенной. Следствие Большого Взрыва и бла-бла-бла! Не важно, где и как нарушается ход развития. Даже малейшая корректировка может привести к ужасным последствиям. А этому миру нужен выбор!

— Корректировка, значит?

— Именно. — кивнула Аманда: — Нарушитель изменил правила игры и теперь творит самые настоящие человеческие кошмары!

— Стоп… До меня только сейчас дошло. Ты уже второй раз упомянула словосочетание «человеческие кошмары». Что это значит?

— Примерный перевод одного нашего термина. Он обозначает искривление человеческого бытия… Насильственное изменение судьбы целого мира. Представь, что человечество — это ветвь молодого древа. Да, она может гнуться до определенной степени… Но если переусердствовать, то она попросту сломается и умрёт. Так же и здесь. — Контролёрша вздохнула и отвернулась: — Я бы хотела разговаривать с тобой по-другому. Хотела бы убрать оружие. Хотела бы мирно сосуществовать с твоими… напарницами. Но ты не оставляешь мне выбора! Сразу предупреждаю… Начало твоего пути будет очень болезненным.

— Так ты тоже собираешься мне что-то отрезать?!

— Я собираюсь вонзить два острых лезвия в твою душу. Но так надо, Марк. Без этого ты ничего не поймёшь. Ты будешь продолжать тешить себя иллюзиями.

— Может быть, я сам выберу, что мне нельзя? Говоришь про выбор… Но делаешь всё с точностью наоборот.

— Увы… Прошло слишком много времени. Реформами тут уже не поможешь. Поэтому, осталась только революция. Твоя личная и бескомпромиссная революция. — загадочно ответила Аманда.

Двери лифта распахнулись, и мы зашли в огромный зал, стены которого были разделены на дверцы ячеек, что очень напоминали пчелиные соты.

— Компьютер! — произнесла инопланетянка голосом Критики: — Объект — Невзорова Олеся Сергеевна. Проверочный код — двадцать три, ноль два, две тысячи два.

— Для дальнейшего входа необходим скан глаза. Встаньте в зону Б для сканирования. — пропел прохладный женский голос. Рядом с нами всплыл проверочный терминал. Аманда отпустила меня, и сняв шлем, подошла к сканеру.

— Объект — Невзорова Олеся Сергеевна подтверждён. Доступ открыт! Назовите номер искомой ячейки.

— Эй! Так Кри была в списке доступа?! — удивился я.

— Любимая дочка Невзорова имеет доступ ко всем богатствам деспотичного отца. — пожав плечами, с улыбкой ответила Аманда: — Ячейка номер триста двадцать шесть!

— Доступ предоставлен. — сообщила компьютерная помощница. Одна из ячеек тут же загорелась ярко-желтым светом и плавно выехала из стены.

— Вот так просто?

Контролёрша ничего не ответила, а лишь с грустью улыбнулась и вновь ткнула в меня пистолетом.

Мы подошли к выдвинувшейся ячейке.

— Что в ней? — осторожно поинтересовался я.

— Боль. — уверенно ответила Аманда, и вытащила электронный носитель: — Твоё первое лезвие, Марк. Но, чтобы не случилось… Мы с ней будем поддерживать тебя.

— Очень обнадеживающе звучит! Особенно, когда ты тыкаешь в меня заряженным «Козодоем»…

Контролёрша опять ничего не ответила, а лишь грустно улыбнулась.

В итоге, мы подошли к небольшой панели с сенсорной клавиатурой и гнездом для носителя.