|
— Вспомнила, один приём… — ответила она, продолжая щупать воздух возле пола, словно опытный участник «Битвы Экстрасенсов»: — О! Сэведж, а у тебя есть в руке зажигалка?
— Чего вдруг?!
— Ну, надо…
— Она хочет проверить, нет ли тут сквозняка, балбес. — усмехнулась Бисмарк, но я её проигнорировал.
— А ведь точно… — я тоже снял перчатку, и откинув указательный палец зажёг пламя.
— Иди сюда! Нужно опустить пониже… — Критика поманила меня рукой к себе: — Давай!
— Так… — я опустился на корточки и пламя реально начало клонить во мрак: — Заработало! Офигеть… Здесь есть второй выход!
— Кшшххрр… — раздался жуткий звуки из глубины тоннеля.
— Слышали? — Бисмарк тут же щелкнула предохранителем: — Это крот-мутант!
— Паркер.
— Молчу-молчу…
Вскинув автомат, я направился вперед к неизведанному. Возможно, в словах идиотки Хелен есть смысл, ибо всё говорит о том, что «Южный» от кого-то защищается. Они массивные, но наверняка на уровне простых животных… Но, черт побери, в кадетском корпусе я изучал абсолютно всех млекопитающих и места их обитания на Марсе. Да, были новые виды из-за определенных изменений в атмосфере, но они отличались лишь по некоторым внутренним признакам. Природа на Марсе сейчас в первозданном виде, и у нас тупо не было всех этих миллиардов лет, чтобы вывелись совершенно новые животные. А до этого красная планета была мертвой! Ну… по крайней мере, так нам говорила вся инфосфера.
Звуки продолжались, но к нам на встречу так никто и не выходил… Может быть, это вообще из-за сейсмической активности? Движение тектонических плит никто не отменял. Это, как в конце 20го века, кто-то пустил утку, что на Кольской Сверхглубокой, якобы записали звуки ада… Конечно же, неопытные и некомпетентные в данных вопросах люди сочли всё за чистую монету! Однако, какой же был ор, когда ученые доказали, что на записи всего лишь естественные шумы. То есть, микрофон опустили вглубь на 18 километров… Стоит учитывать, что буровые установки на сухую не работают. Специальный раствор плюс огромное давление сделали своё дело. А там уже и звуки ада, и не дай бог — живая плесень, которая боится холода. Нюансов много. Человеческая фантазия практически бесконечна.
— Стоп! Я вижу их… — прошептала Критика и вновь присела на одно колено, целясь во мрак.
— Да… Точно. — ответил я, заметив человеческие силуэты в пятидесяти метрах от нас: — Раз, два… Так… Я насчитал двадцать одного. А вы?
— Столько же. — ответила Бисмарк: — Скорее всего, люди Линга… Надо было понимать, что они не пойдут в город толпой.
— Ну, радует одно — они в такой же жопе, что и мы. — усмехнулся я: — Предлагаю план. Мы договариваемся с ними о перемирии, разводим на информацию о запасном выходе, а снаружи убиваем к чертовой матери! А?
— Мне нравится! — поддержала Кри.
— Зато мне не нравится. А я, вообще-то, Майор. Так что никаких преждевременных убийств. — ого, а Бисмарк включила супергероя… Впрочем — у неё иногда переклинивало.
— Ладно, тогда сперва установим личный контакт. — я ослабил крепления на протезе, чтобы быстро превратить руку в огнемёт, а затем направился в сторону силуэтов: — Эй! Парни! Мы пришли с миром. Давайте пообщаемся?
На случай, если ренегаты откроют огонь, тут можно было шмыгнуть за многочисленные выступы и камни. Девчонки про это сразу смекнули, потому разбежались по укрытиям, чтобы в случае чего атаковать. |