***

Хоуп медленно проехала мимо дома Рейнтри, вид которого ни на йоту не уменьшил ее подозрений.

Бледно-серое трехэтажное строение в характерном для Южной Каролины стиле, расположенное прямо на Уриствил-бич, уж точно было куплено не на зарплату полицейского. Это был один из лучших районов побережья, а Рейнтри жил в одном из самых шикарных здешних домов. Она уже провела небольшое расследование и выяснила, что он купил это место четыре года назад, когда переехал в Вилмингтон.

В конце короткой заасфальтированной дороги располагался гараж с тремя подъездами для автомобилей. Несмотря на закрытые двери, она знала, что каждый бокс был занят. У Рейнтри был черный «мустанг» 66 года выпуска с откидным верхом, на котором он ездил сегодня; бирюзово-сливочный «шевроле» 57 года и красный «додж челленджер» 74 года выпуска.

Если бы не деньги, казалось, не существовало столь же хорошего полицейского, как Гидеон Рейнтри. Большинство раскрытых им убийств имели отношение к наркотикам, а это означало, что он мог оказаться повязанным с кем-то из дилеров. Кем-то достаточно могущественным, чтобы позволить себе купить полицейского. Неужели ее новый напарник связан с вилмингтонскими преступниками?

Разговариваю с мертвыми людьми, черт возьми.

Это место пользовалось большим спросом, здания, построенные очень близко друг к другу, впечатляли. Один красочный дом следовал за другим, образовывая улицу, а со вкусом окрашенный серый дом Рейнтри был тут одним из самых прекрасных. Почему никто никогда не подвергал сомнению его образ жизни?

Все ее знакомые детективы хотели бы работать в отделе убийств. Это было престижно, значимо. И, тем не менее, спустя пять месяцев после отставки напарника, Рейнтри все еще работает один, то есть работал, пока не появилась она. Ее новый шеф признался, что другие сотрудники не рвались к Рейнтри в напарники. Они не хотели затеряться, всегда оставаясь вторым человеком в команде, либо не желали раскачивать лодку, поскольку знали, что Рейнтри любит работать один. Другими словами, если дело безнадежно, то и нечего в него ввязываться?

Хоуп никогда не стремилась раскачивать лодки.

Возможно, на все ее вопросы существуют совершенно вразумительные ответы, но с другой стороны, их может и не быть. Она должна все выяснить, прежде чем слишком во всем этом увязнет. Прежде чем начнет доверять ему, примет его.

Она нутром чуяла, что Рейнтри лжет. Разумеется, он не мог не лгать: он же мужик. Вопрос в том, насколько глубока эта ложь?

Хоуп оставила свою синюю «тойоту» дальше по улице, рядом с домом, в котором проходила вечеринка и где еще один автомобиль совершенно не выделялся, и направилась назад к дому Рейнтри. Вряд ли в столь поздний вечер можно что-то увидеть, но она испытывала такое сильное любопытство и обиду, что не могла заснуть. Поскольку ее мать никогда не ложилась раньше двух ночи, а квартира над магазином была маленькой, заснуть, в любом случае, было совсем не просто.

Дом, дорогая одежда, автомобили… Рейнтри определенно во что-то впутался.

Когда Хоуп изучала подноготную Леона Фрэнклина, его недавно ушедшего в отставку напарника, тот оказался чистым, как белый лист. У Фрэнклина были кое-какие сбережения в банке, но не слишком большие. Хороший дом, но не шикарный. Все, с кем она общалась, рассказывали о чрезвычайных умственных способностях Гидеона Рейнтри. Ему стали отдавать каждое дело об убийстве в Вилмингтоне, и он раскрыл их все. Вот только это было неестественно.

Хоуп скользнула в темноту между домом Рейнтри и менее изысканным желтым домом по соседству. Для этой вылазки она оделась в черное, чтобы затаиться в тени. Хоуп не собиралась подглядывать в окно и ловить Рейнтри с поличным, но чем больше она узнает об этом парне, тем лучше будет себя чувствовать.