– Как?! – был непомерно изумлен мистер Уизли. – Донос на вас, Лорд? Это после того, как они у вас воровали? И с такой хорошей зарплатой…

– Сегодня ко мне явился министр в компании авроров и пытался арестовать, тыча в лицо пергаментом с доносом от этих волшебников. Филькина грамота, в которой меня описали злодеем хуже Сами-Знаете-Кого… Естественно, у министра ничего не вышло… Мистер Уизли, я могу надеяться на вас?

– Лорд, – голос Артура был полон праведного негодования, – я крайне возмущен такими действиями Дилана и Калеба. Как они посмели?! Сэр, не сомневайтесь, они ответят за всё!

– Спасибо, мистер Уизли. Полагаюсь на вас.

Глава 33

За подставу с Министром Магии должен был кто-то ответить. Ричард жаждал крови виновных. Судьба стукачей-волшебников была предрешена, поскольку юный Гросвенор, не полагаясь на честность магического правосудия, подключил мадам Марчбэнкс, которой рассказал в письме часть правды, как и мистеру Уизли. В ответном письме старейшина Визенгамота обещала, что магов-воришек будут судить по всей строгости закона и им грозит от полугода до трех лет заключения в Азкабане.

Ричи был уверен, что в этой ситуации замешан Дамблдор, но доказательств этому не было. Поэтому он решил, что несмотря на просьбу отца, все же похитит философский камень, чтобы отомстить директору. Тут уже не шла речь о попытке спасти мир, это стало делом чести.

Каникулы наступили быстро, практически мгновенно. Ричард вместе с большинством школьников погрузился в вагон "Хогвартс-экспресса", но терять несколько часов времени мальчик не собирался. Стоило поезду отъехать от станции "Хогсмид", как Ричи воспользовался порталом, естественно, перед этим предупредив отца звонком по магофону.

Джеральд Гросвенор, немного похудевший и взволнованный, обрадовался появлению сына.

– Ричи, – радостно обнял он мальчика, – как ты вырос! Рассказывай, как у тебя дела?

– Эм… – замялся Ричард.

Джеральд напрягся и слегка отстранился от сына. Он осмотрел Ричарда внимательным взором и спросил:

– Опять что-то случилось? Покушение?!

– Случилось, но не покушение, – ответил Ричи. – Папа, ты наверняка в курсе поставок волшебных вещей спецслужбам…

– Конечно, – с серьёзным видом обозначил кивок подбородком герцог. – Ты же не думал, что сможешь сохранить в секрете от меня подобную махинацию? Но меня заверили, что всё продумано так, что официально никто не сможет докопаться: ни волшебники, ни наше законодательство.

– Так вот, министр Фадж попытался меня арестовать, оскорблял, угрожал и даже посмел обозначить себя так, будто он король. Представь себе, он посчитал, что имеет право судить аристократа из королевской семьи!

– Это серьёзное обвинение, – произнёс Джеральд. – Мне нужны все подробности.

Ричард пересказал отцу всё, что произошло с ним в кабинете директора, вспомнив абсолютно каждую мелочь. Ему пришлось повторить рассказ несколько раз, припоминая и описывая то, что забыл упомянуть в первый раз.

Ричард и Джеральд разместились в креслах в гостиной возле камина. Герцог надолго погрузился в размышления. Он был зол, от ярости и негодования кулаки мужчины невольно сжимались, а желваки ходили ходуном.

– Что этот выскочка себе позволяет?! – холодным от ярости голосом протянул герцог. – Королева будет очень недовольна. Какой-то волшебник, временно избранный министром, смеет претендовать на её право судить аристократов! Но не это главное… Он посмел угрожать моему сыну!!! Угрожать… Я этого Фаджа сотру в порошок!

– Папа, я считаю, что это была провокация, – заметил Ричард.