– Так скромно?! – возмутилась мадам Багнолд, очень быстро сориентировавшись. – Я бы даже не стала встречаться с таким воздыхателем. Вот если бы речь шла о миллионе…

– Леди… Леди! Упаси бог вас от таких воздыхателей! Где вы такого найдёте? Мой батюшка, разве что мог бы стать таковым, всё же он миллиардер. Но ему не особо интересны волшебники и волшебницы. К примеру, я всего лишь скромный миллионер. Уверен, ваш сердечный поклонник не настолько солиден, но не стоит его отвергать, если он еще добавит на хлеб с маслом сто тысяч.

– Ах, Граф, – эротично вздохнула экс-министр. – Вот бы поклонник добавил бы ещё на икру триста тысяч.

– Много икры есть вредно – можно растолстеть… И вообще, я правильно услышал, что речь шла о тридцати тысячах в месяц или же это артефакт неисправен?

– Нет-нет, Граф, – решила остановиться на достигнутом довольная экс-министр, – ваш артефакт работает замечательно. Я всегда мечтала о таком поклоннике, который дарил бы мне на бижутерию тридцать тысяч галлеонов в месяц. Ох! Я бы, наверное, даже закрыла глаза на все его недостатки и поддержала бы во всех начинаниях.

– Какая самоотверженность! – притворно восхитился Ричард. – Леди, моё почтение. Было очень приятно с вами побеседовать.

– Граф, – грудной эротичный голос, казалось, пробирал Ричарда до самого нутра, – а уж как мне было приятно вас услышать… не передать словами… Обязательно передавайте привет своему батюшке и крестному отцу.

– Всенепременно, леди. Успехов вам в ваших начинаниях.

– И вам, граф.

Разорвав беспроводное соединение, Ричи подумал:

"Нужно было соглашаться на спонсирование со стороны отца. Как-то быстро тают галлеоны в сейфе Гринготтса, словно я Кай из сказки "Снежная Королева", а монеты изготовлены из льда, и наступило жаркое лето. Вот минус еще один миллион фишек, а ведь новый 1992 год наступил совсем недавно".

* * *

Прошло две недели. Середина января оказалась очень снежной. Дамблдор не предпринимал никаких действий в отношении Ричарда. Гарри Поттер всё так же злился на директора и вынашивал план мести.

Ричард же активно готовился к спасению мира и своей задницы, а если не получится, то хотя бы к спасению части человечества и близких людей. И первым пунктом в этом плане стояла постройка космического корабля, а вторым – лишение потенциального злодея или злодеев-волшебников возможного источника долгой жизни и лечения, то есть кража философского камня.

Первые подвижки уже имелись. В "Мастерской Гросвенора" полным ходом шла разработка искусственного интеллекта на основе методик создания живых картин и Распределяющей шляпы. Не обошлось без консультаций специалистов-ученых и инженеров в разработке искина и состыковки технологий хранения и передачи информации с магическими чипами.

С политикой тоже наметились положительные подвижки. Во-первых, Артуру Уизли и Председателю МКМ от Великобритании удалось купить большую часть голосов в Международной Конфедерации Магов. Была назначена точная дата внепланового заседания МКМ. Во-вторых, мадам Багнолд, ставшая обладательницей документа, который позволял ей получить миллион галлеонов из сейфа Гросвенора, начала активную политическую деятельность: подкуп чиновников министерства и представителей прессы, шантаж и прочие увлекательные занятия, которые предшествуют любым выборам. Экс-министр в очередном разговоре по магофону заверила Ричарда, что с таким серьёзным финансированием она обязательно снова станет Министром, несмотря на козни конкурентов.

Ричи решил посвятить этот день подготовке операции по изъятию философского камня. Для этого первым делом и выловил Гермиону Грейнджер и уединился с ней в одном из заброшенных классов, в котором не было никаких живых портретов.