– Хогвартс… – из груди Ричарда вырвался печальный вздох. – Замдиректора Макгонагалл категорично отказала мне в просьбе отпустить на прием от Нобелевского комитета. Более того, она проигнорировала письменную просьбу моего отца и крайне нелестно отозвалась о маглах и "их премиях". Даже не знаю, как в такой ситуации поступать.

Из динамика донёсся вздох облегчения.

– Ричард, не вижу тут никаких проблем. Я издам указ, по которому вам десятого декабря в Хогвартсе предоставят отгул. К тому же выделю вам сопровождающего от Отдела образования и предоставлю порталы в Швецию и обратно.

– Миллисента, вы прелесть! – обрадовался Ричард. – Спасибо!

– Пожалуйста, Ричард. Была рада вам помочь.

– Было приятно с вами побеседовать. Всего доброго.

– До свидания, Ричард.

* * *

Сентябрь летел со скоростью экспресса. Ричард не успел оглянуться, как наступило девятнадцатое число, которое пришлось на субботу. К счастью, у второкурсников, как и у первокурсников, этот день выходной наряду с воскресеньем. Предполагается, что студенты в субботу будут заниматься самоподготовкой и домашним заданием. Но большинство однокурсников в основном развлекались: играли в плюй-камни, взрывного дурака, волшебные шахматы, прятки и догонялки. Обычные детские развлечения с поправкой на волшебство.

Ричи с самого утра был занят финансами. Он ещё в пятницу попросил отца на время отправить свой магофон Сильверу. После завтрака он засел в углу гостиной факультета Пуффендуй и набрал телефон управляющего "Гросвенор Джуниор", точнее, это был номер трубки Джеральда.

Голос мистера Сильвера был слегка взволнованным.

– Доброе утро, сэр.

– Мистер Сильвер, рад слышать вас. Извините, что беспокою вас в выходной, но я хочу услышать отчет. Что у нас с хедж-фондом?

– Эм… Секундочку… – из динамика доносилось шуршание бумаг. – На этой неделе на бирже была Чёрная среда. Шестнадцатого числа британский министр финансов повысил кредитную ставку с десяти до двенадцати процентов. Курс фунта резко рухнул по отношению к курсу дойч-марки и доллара США. В отношении первой валюты на две целых пятьдесят две сотых процента, в отношении второй на четыре целых сорок девять сотых. К счастью, мы успели получить кредит и обменять фунты на доллары гораздо раньше. В итоге хедж-фонд на разнице курсов валют смог отыграть максимальную прибыль. Пока мы в плюсе на девять миллионов семьсот сорок три тысячи долларов.

На лицо Ричарда невольно выползла улыбка. Его голос сочился елеем.

– Замечательно. Продолжайте ожидать дальнейшего падения курса фунта. Чем ещё порадуете, мистер Сильвер?

– Ваш батюшка… Герцог отдал распоряжение работать через ваш хэдж-фонд. Он вложил гораздо большую сумму…

Ричард был приятно удивлён. Герцог Вестминстерский во время разговора с сыном демонстрировал недоверие к финансовым махинациям. В то же время он все же решился подключиться к спекуляции, к которой Ричи готовился на протяжении года.

– Мистер Сильвер, какую сумму инвестировал мой отец?

Голос управляющего дрогнул:

– П-пять миллиардов долларов кредитных средств…

Ричи от такой крупной суммы подвис. Он не ожидал от отца такого огромного доверия. У мальчика на лбу выступила испарина. Он до конца не был уверен в том, что фунт резко рухнет вниз, а взлетит именно дойч-марка. Всё же для попаданца это не совсем его мир, а параллельный. Но кто не рискует, тот не получает сверхприбылей. Он представил, что было бы, если бы отец понес убытки, и ему стало страшно. Сам Ричард рисковал потерять до двадцати процентов инвестиций, это не больше пятидесяти миллионов долларов. А Джеральд рисковал потерять целый миллиард!

Внезапно у Ричи появилась горечь во рту, голова слегка закружилась.