– Не совсем. Так, небольшая записочка…

Из трубки магофона донесся громкий задорный смех.

– Небольшая – это случайно не та, которую даже из Хогсмида было видно?

– Не знаю, не знаю… Я в Хогсмид не выходил, чтобы посмотреть, видно оттуда или нет.

– Ричард, порой я начинаю вас опасаться, – шутливым тоном сказала министр. – Ваши решения зачастую нестандартные и непредсказуемые, но при этом эффективные. Как думаете, стоит ли что-нибудь предпринимать по Блэку?

– Оштрафуйте его за порчу картины в замке, да и хватит с него.

– Картина? – удивилась Багнолд.

– Да был тут осенью инцидент. Этот дурень пробрался в Хогвартс и порезал ножом картину, которая закрывает вход в общежитие Гриффиндора.

– Вот это номер! – голос госпожи министра был весёлым. – Он что, ничего не знал? Мы же даже в "Ежедневном пророке" выпустили маленькую статейку, правда, совсем крошечную, на четвертой странице и рядом с рекламой, но зато правдиво написали о приговоре, вынесенном Петтигрю.

– Миллисента, вряд ли Блэк читал газеты.

– Это что же, мы не могли поймать Блэка потому, что он не читал газет? – оказалась изумлена Багнолд. – Вот это да!

– Согласен, тот еще номер. Этот прохвост заставил мою голову напрячься.

– Ричард, спасибо за приятную беседу. Я вас услышала. Всего доброго.

– До свидания, Миллисента. Все эти преступники, бизнес, политика – это не важно. Главное – берегите себя и своих близких!

– Золотые слова, Ричард. Вам желаю того же.

* * *

Минуло уже почти четыре месяца с тех пор, как Гарри, Ричи и Гермиона приготовились к нападению Добби. Их искины постоянно сканировали территорию замка, создавая его трехмерную модель-карту. Но домовой эльф сгинул, словно на совсем, и никогда больше в Хогвартсе не появлялся.

Сириус Блэк несколько месяцев провел в госпитале Святого Мунго, где ему поправляли подорванное в Азкабане здоровье. Там-то его и оштрафовали на сто галлеонов за порчу имущества Хогвартса представители Департамента магического правопорядка.

В марте несколько мандрагор закатили в теплице номер три шумную, безобразную вечеринку, чрезвычайно порадовав профессора Спраут. Так студентам стало известно, что взрослеющие мандрагоры похожи на человеческих подростков. Вот только, когда вечеринку устраивают подростки, никто из взрослых почему-то не радуется.

Тогда же из больницы выписался Блэк, после чего Гарри Поттеру совы в Большой зал доставили подарок – новейшую и самую дорогую летающую метлу "Молния". Она лишь недавно появилась в продаже ограниченной серией. Метла была предназначена для профессиональной лиги квиддича, и то не все могли себе позволить подобный инвентарь. Такие артефакты были лишь у команд, которым позволяло финансирование, к примеру, у сборных стран.

Гарри был рад подарку, но не знал, куда приспособить метлу. Изредка он стал выбираться на поле для квиддича, чтобы полетать. Сборная Гриффиндора была полностью укомплектована игроками. Её капитан Оливер Вуд заверил Гарри, что на четвертом курсе освободится место вратаря и Поттер сможет попробовать себя на эту роль.

На пасхальных каникулах второкурсникам подкинули новую тему для размышлений. Надо было выбрать предметы для третьего года обучения, к чему Гермиона отнеслась со всей серьезностью.

– От этого зависит наше будущее, – сказала она Ричарду, когда они вдвоем принялись изучать список новых предметов, помечая их галочками.

– Наше?! – насмешливо прокомментировал Ричард. – Нет, Гермиона. Наше будущее зависит от того, выживем ли мы за время обучения в Хогвартсе, или очередная зверушка или маньяк, пробравшиеся на территорию школы, прибьют нас.