Залет, свадьба, и вот молодожены-колонисты уже живут в маленькой однокомнатной квартире в быстроразвивающемся колониальном поселке.

И тут супруга предлагает устроить кое-что интересное. В результате она приглашает своего бывшего парня с его женой, в роли которой выступала взрослая Падма Патил, и две семейные пары устраивают свингер-вечеринку.

Во сне Ричарду всё казалось нормальным и логичным, всё очень понравилось, но когда в разгар свингер-вечеринки он проснулся, то изумленно выпучил глаза и сказал:

– Да ну нафиг! Приснится же такой бред!

Подняв одеяло, Ричи обнаружил сюрприз, можно сказать, что приятный. Его дружок стоял колом.

– Ну здравствуй, половое созревание, – прошептал он.

Вместе с половым созреванием появилось множество проблем. Ричард стал отмечать за собой повышенную эмоциональность и тягу к прекрасному полу. С последним он кое-как справлялся при помощи сублимации, а вот с эмоциями было совладать сложнее.

Начался июнь и вместе с ним горячая пора экзаменов. Ричард на этот раз с успехом справился со всеми экзаменами: сдал их на высший балл "превосходно", даже зелья и гербологию. Сложности возникли лишь с зельями и трансфигурацией, поскольку преподаватели этих предметов предвзято относились к Гросвенору. Для получения лучшей оценки Ричи пришлось приложить неимоверные усилия.

Казалось, что всё – ещё пара недель, на протяжении которых экзамены будут сдавать студенты старших курсов, и можно будет отправиться домой, заняться более важными делами.

Ричи в хорошем настроении возвращался в общежитие Пуффендуя с экзамена по истории магии. Внезапно в кармане зазвонил магофон. Ричард замер и достал трубку.

– Алло.

Из динамика донесся истеричный голос Гарри Поттера:

– Ричи, мне нужна помощь!

– Гарри, что случилось?

– Я… – всхлипнул Поттер. – А он… Его…

В бессвязном бормотании Гарри невозможно было ничего различить.

– Гарри, ты где?

– Северное крыло, – более связано выдал Поттер. – Та комната, в которой мы поили сову слабительным.

– Жди, я скоро подойду.

Ричард не мог представить, что случилось. Он максимально быстро попытался добраться до места назначения. Идти было далеко, поэтому даже бегом дорога заняла около десяти минут.

Распахнув дверь, Гросвенор застыл соляным столбом в проеме. Его глаза полезли на лоб.

Комната больше напоминала логово кровавого маньяка-расчленителя. Всё вокруг было забрызгано кровью: полы, стены, окна, досталось даже потолку. Повсюду были разбросаны куски мяса, с люстры свисала окровавленная тряпка, в дальнем углу была видна длинная стопа с тонкими пальцами и сероватой кожей. У дальней торцевой стены лежала окровавленная голова домового эльфа с застывшими безжизненными стеклянными глазами, в которых запечатлелась смесь непомерного изумления и ужаса.

Гарри застыл в центре комнаты. Он пустым взором пялился в даль за окном и раскачивался на месте. Его кожа была невероятно бледной, а левая щека оказалась окровавленной: её прочертила глубокая царапина.

Повсюду была разбросана каменная крошка, а дальняя торцевая стена обзавелась множеством глубоких воронок, как от попадании из мощного крупнокалиберного пулемета.

Ричарду даже в прошлой жизни на войне не приходилось наблюдать столь страшной картины. Да, он успел насмотреться на разные ужасы, но не на такое кровавое безумие. К его горлу подкатил ком. Но мальчик быстро совладал с собой.

Гросвенор проскользнул в заброшенный класс, закрыл дверь и тут же запер её заклинанием. Он быстро подошел к Гарри. Не обращая внимания на забрызганную кровью мантию Поттера, он парой увесистых пощечин вернул товарища к реальности.