— Если кто и проезжал мимо, он решил бы, что у того поломка случилась или еще что-нибудь. Он сидит. Крови не видно. Его нашел патрульный. Остановился предупредить его, что здесь остановка запрещена, — по всему мосту, через регулярные промежутки были установлены знаки, запрещающие остановку и парковку.

— Ты допросил патрульного? Уорли кивнул.

— Он сказал: «Я видел то же, что и вы».

— Дверца была закрыта?

— Да. Патрульный доложил нам, а потом проверил все вокруг машины. Он ничего не заметил и ни к чему не прикасался, открыл дверцу через носовой платок, чтобы не испортить отпечатки.

Дункан осмотрел труп и кое-что заметил.

— Вы когда-нибудь видели Наполи растрепанным?

— Да, кажется, здесь была потасовка, — сказал Уорли. — Он мазал волосы какой-то липкой дрянью, чтобы те не выбивались.

Прическа Наполи, по-прежнему лоснившаяся от жира, выглядела так, словно по ней прошелся ураган. Галстук был сбит набок. Но сидел он прямо, ноги стояли на педалях.

Никогда не отличаясь деликатностью, Уорли хмыкнул:

— Черта с два ему понравилось бы, что его фотографируют в таком виде.

— Есть другие следы борьбы? — спросил Дункан.

— Возле ограды следы каблуков. Может, его, может, нет. Узнаем, когда снимем с него ботинки и сравним. Бейкер и его команда все огородили лентой, на всякий случай.

Дункан не любил высоту. Ни тошнота, ни головокружение его, правда, не донимали, как несчастных, страдающих акрофобией в резкой форме. Но он всегда старался переезжать мост и надземные развязки по внутренней полосе, никогда не занимался альпинизмоми не рисковал просто подойти к краю глубокого ущелья и посмотреть вниз.

Но сейчас он направился к краю моста, туда, где полицейские расставили оранжевые конусы дорожного ограждения и натянули желтую ленту, огородив участок около пятнадцати квадратных футов. Он обогнул его, подошел к краю и посмотрел вниз, на реку Саванну, протекавшую в двухстах Футах ниже.

Сейчас было время отлива, и река неслась к океану. Во время прилива течение менялось на противоположное — туристов и приезжих это всегда приводило в недоумение, пока кто-нибудь не объяснял им, что к чему. В устье реки ее воды смешивались с океаном, образовав дельту. Направление течения зависело от прилива и отлива. Из-за противоположных течений этот участок реки был коварным для судоходства.

Дункан вернулся к остальным.

— Может, у него машину хотели угнать? В последнее время в городе много угонов. Нередко они заканчиваются смертью либо жертвы, либо угонщика.

— Это на мосту-то, где любой пешеход сразу выглядит подозрительно?

— Диди права, Дунк, — сказал Уорли. — Тут кое-что другое. Машина даже не принадлежала Наполи. — Он осклабился и передвинул зубочистку в другой уголок рта. — Кстати, я поэтому вас сюда вызвал. Зарегистрированный владелец машины — Като Лэрд.

— Я тебя правильно расслышал?

— Правильно, не сомневайся, — просияла Диди. — Ты должен мне порцию мороженого с горячей помадкой. — И она спросила Уорли, сообщил ли он судье или нет.

— У них дома никто не взял трубку, но у капитана Жерара оказался мобильный судьи — спасибо делу Троттера. Он застал его в загородном клубе «Серебристая волна» за игрой в покер со своими дружками-юристами.

Когда Элиза сказала ему об этом вчера вечером, он не поверил, настолько неправдоподобным казалось такое объяснение. Диди, очевидно, тоже так показалось.

— Он играет в покер в загородном клубе накануне допроса жены по делу об убийстве?

Уорли пожал плечами:

— Видимо, уверен в ее невиновности.