— Наша сделка была недолгой, — сказал судья. — И я по-прежнему придерживаюсь теории, по которой Троттер действовал в одиночку, а любая его связь с Наполи — совпадение. Конечно, с точки зрения детектива, ведущего расследование, это требовало детального изучения, особенно если у Наполи были доказательства романа между моей женой и Коулманом Гриэром.

Таким образом, — продолжал он, — я подумал, что нам надо прояснить ситуацию. Надеюсь, обсудив несколько вопросов животрепещущей важности, мы сможем раз и навсегда покончить с этим происшествием. Теперь, когда между мной и Элизой больше нет секретов, мы можем быть с вами полностью откровенны. Прошу, ваши вопросы.

Диди не заставила себя долго ждать:

— Миссис Лэрд, у Наполи действительно были доказательства вашего романа с Коулманом Гриэром?

— Нет, детектив Боуэн, их попросту не существует. Никакого романа не было.

Заметив скептическое выражение лица Диди, судья вмещался:

— Вы поверите ей, когда Элиза объяснит вам суть их отношений.

— Она говорила, что они были друзьями, — сказала Диди.

— Я говорила, что мы были близкими друзьями. И мне глубоко оскорбительно видеть, как вы пытаетесь превратить нашу дружбу во что-то грязное. — Сказав это, она бросила на Дункана убийственный взгляд. — Мне в принципе больно говорить о нем, но раз уж выбора вы мне не оставили… — Она помолчала и глубоко вздохнула. — Мы встречались несколько раз, когда учились в одной школе, но это были платонические свидания, без секса, даже без романтики. Мы были хорошими товарищами.

— Если уж вы так дружили, почему вы не знали о его намерении покончить с собой? — спросила Диди.

— Я знала, что у Коулмана депрессия, но не понимала, Насколько глубокая. Если бы я только знала!

— Его карьера была в расцвете, — сказал Дункан. — С чего бы ему впадать в депрессию?

— Из-за несчастной любви.

Это простое объяснение изумило детективов.

— Не могли бы вы объяснить, миссис Лэрд, — попросил Дункан.

— Его покинул любимый человек.

— И это были не вы.

— Нет, — твердо сказала она. — Не я.

— Значит, в течение всех ваших тайных свиданий…

— Я была для него жилеткой, в которую он мог выплакаться.

— И никакой половой жизни.

— Сколько раз мне это повторять, детектив Хэтчер?

— Милая, они по-прежнему тебе не верят, — вмешался судья. — И не поверят до тех пор, пока не услышат то же, что и я.

Она посмотрела на Дункана долгим взглядом, словно стараясь внушить ему свои мысли.

— У Коулмана не было сексуальных отношений ни со мной, ни с любой другой женщиной. Его любовником был Тони Эстебан. Товарищ по команде.

Выйдя из здания аэропорта, чтобы поймать такси, Дункан изнемогал от жары. Водитель ему попался дружелюбный, разговорчивый. Всю дорогу болтал о том о сем, пробираясь в гуще машин по дорожным развязкам к Бакхеду. Там, в пентхаусе на крыше высотного дома, жил Тони Эстебан.

Чтобы приехать в Атланту, Дункану пришлось рано встать. Он никому не сказал о своей поездке, даже Диди — она бы непременно захотела поехать с ним. Пуэрториканскому сокровищу «Брэйвз» вряд ли улыбнется обсуждать с полицией свою сексуальную жизнь, но уж лучше это делать с одним полицейским, чем с двумя.

И потом, ему хотелось отдохнуть от Диди. Вчера, покинув дом Лэрдов, они поехали в ресторан, каждый на своей машине: Дункан поужинал, Диди выпила чуть не ящик диетической колы, непрерывно поливая грязью лживую Элизу Лэрд.