Синий дернулся, едва не сбросив его. Огромная клиновидная голова с рваными ушами и длинным рогом, торчащим на конце морды, развернулась к хафлингу. Чудовище разинуло пасть и попыталось ухватить врага.

Уилл сделал сальто, увернувшись от зубов, и не удивился бы, скатись он беспомощно прямо вниз со скользкой от дождя спины вздыбившегося дракона. Но он ухитрился удержаться, уцепился за соседнюю чешуйку и вновь нанес удар, теперь уже охотничьим ножом. Посыпались шипящие искры – крохотные сестры молнии, являющейся частью самой сущности синих драконов, и острие скользнуло по естественной броне чудовища.

Дракон вытянул шею назад, стараясь дотянуться до противника зубами. Атака оказалась столь быстрой, что Уилл едва успел восстановить равновесие. Шатающаяся из стороны в сторону покатая спина чудовища была в высшей степени ненадежной опорой. Уворачиваться будет все сложнее. Может, даже слишком сложно.

Но прежде, чем синий успел нанести удар, над его головой возникла раскаленная дубинка, красная, как рассветное солнце. Зависшее в воздухе оружие само собой размахнулось, хоть и не было видно руки, держащей его, и с силой ударило дракона по голове. В тот же миг огненный шар врезался в извивающуюся шею ящера. Уилл знал, что первая атака – дело рук Павела, и заключил, что вторая – работа красноглазого огра.

Видимо, им удалось причинить дракону боль. Синий вытянул шею вперед и прыгнул, норовя достать шамана, чья рука пылала, словно факел. Неожиданный толчок едва не сбросил Уилла с драконьей шкуры, но он снова удержался и ударил еще раз, воткнув острие на несколько дюймов в плоть чудовища. На мгновение нож словно завибрировал в его пальцах, все мышцы руки напряглись и задрожали.

Цепочка огров с выставленными вперед копьями встала между драконом и вождем. Синий налетел на них, растоптав одного в лепешку. Но, по крайней мере, они заставили змея на миг замедлить атаку и воткнули пару копий в его грудь. Шаман отступил и швырнул в воздух еще один огненный шар. Остальные гиганты зашлепали через поток, отвлекая на себя огромного противника. Светящаяся дубинка Павела мелькнула в воздухе и ударила прямо в змеиный глаз с узким зрачком. В тот же момент из простертой руки шамана вырвался яркий луч света и прожег дыру в крыле синего.

Уилл продолжать кромсать спину дракона ножом. Он надеялся, что синий позабыл про него, но не тут-то было. Кончик гибкого хвоста хлестнул вдруг по огромной спине, норовя смахнуть хафлинга, точно назойливую муху. Уилл отпрянул в сторону, увернувшись от первого удара, и, подпрыгнув, пропустил под собой второй. Он понимал, что долго так не продержится.

Однако тут синий повалился на брюхо. В воздух взметнулся целый столб грязной воды. Очевидно, огры сумели ранить его, по меньшей мере, в две ноги сразу, причем так, что лапы не могли больше держать тушу. Синий захлопал крыльями, пытаясь взлететь, но сделать это без разбега или прыжка не мог. К тому же ущелье было слишком узким для него.

Дракон яростно наносил удары налево и направо. Многие огры погибли, сожженные его огненным дыханием, разорванные на части клыками, расплющенные могучими ударами хвоста. Змей не останавливался ни на миг.

Шаман бросился к дракону, вогнал копье в основание шеи и, цепляясь за него, вскарабкался синему на грудь. Тело гиганта огра топорщилось острыми, словно иглы дикобраза, шипами. Без сомнения, он заколдовал их, и теперь, когда прыгал по телу врага, шипы вновь и вновь вонзались в драконью плоть.

Синий перевалился на бок и поднял переднюю раненую лапу, стараясь ухватить шамана когтями. Но летающая дубинка Павела опередила его и ударила в лоб. Послышался хруст переломанных костей. Чудовище забилось в конвульсиях, едва не скинув хафлинга наземь.