— А это действительно так? — живо спросил Робин.

— Да, его звали Гаспар Лудильщик.

— Так он выиграл награды, наш храбрый Гаспар?

— Выиграл все, но под тем предлогом, что он принадлежит компании веселых лесных братьев, его права оспаривали. Гаспар смело их отстаивал, но тут двое или трое его соперников принялись поносить тебя. Нужно было видеть, как Гаспар бросился тебя защищать всей мощью своей глотки и всей силой своих мышц; он так громко кричал и так умело работал руками, что вдело пошли ножи, и твой бедный Гаспар был бы побежден не числом, так хитростью, но тут вмешался я с моими людьми и заставил всех разбежаться. Оказав храброму малому эту услугу, я дал ему на вино пять золотых, а беглецов пригласил ознакомиться с содержимым бочки. Как ты понимаешь, они не отказались, а Гаспара я увез, чтобы они не вздумали потом на нем отыграться.

— Благодарю тебя за то, что ты защитил одного из моих храбрых слуг, дорогой рыцарь, — промолвил Робин. — Тот, кто приходит на помощь моим товарищам, имеет право на мою вечную дружбу. Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, смело проси у меня чего только хочешь: моя рука и мой кошелек в твоем распоряжении.

— Я всегда буду относиться к тебе как к настоящему другу, Робин, — ответил рыцарь, — и надеюсь, что и ты ко мне будешь относиться так же.

Вторая половина дня прошла весело, а ближе к вечеру сэр Ричард отправился с Робином, Уиллом и Маленьким Джоном в замок Барнсдейл, где собрались все члены семейства Гэмвеллов.

Сэр Ричард не мог сдержать улыбку, любуясь десятью очаровательными молодыми женщинами, которых ему представили. Обратив особое внимание рыцаря на свою нежно любимую Мод, Уилл отвел его в сторону и спросил у него шепотом, видел ли тот еще когда-нибудь в жизни такое прелестное лицо.

Рыцарь рассмеялся и тихо ответил Уиллу, что выразить вслух свои мысли о несравненной Мод было бы невежливо по отношению к прочим дамам.

Уильям, очарованный этим любезным ответом, отправился поцеловать жену в полном убеждении, что он счастливейший из всех мужей на свете.

Когда наступила ночь, сэр Ричард покинул Барнсдейл и в сопровождении нескольких человек, которые должны были провести его через лес, вернулся со своими слугами в Равнинный замок.

Но у веселых лесных братьев было столько друзей в Ноттингеме, что они узнали об участи, которую уготовил им расположенный к ним барон, задолго до того, как тот назначил день кровавого побоища.

Выигрыш но времени позволил лесным братьям принять меры к своей защите и приготовиться к встрече с отрядом благородного шерифа.

Возбужденные обещанием богатой награды, люди барона с видом неукротимой храбрости двинулись в поход. Но как только они вошли в лес, на них обрушилась такая страшная лавина стрел, что половина этих бойцов устлала землю своими телами.

За первым залпом последовал второй, еще более сокрушительный, еще более смертоносный; каждая стрела попадала в цель, а стрелки оставались невидимыми.

Посеяв ужас и смятение в рядах противника, лесные братья появились из укрытия, испуская воинственные крики и сокрушая всех, кто пытался сопротивляться их мощному натиску.

Людьми барона овладела страшная паника, и в неописуемом беспорядке отряд вернулся в Ноттингемский замок.

В этой странной битве не был ранен ни один из веселых братьев, а к вечеру, отдохнув от бранных трудов, такие же свежие и полные сил, как и до нападения, они положили тела убитых солдат на носилки и отнесли их к наружным воротам замка Фиц-Олвина.