— Я не хочу умирать в безвкусном летном комбинезоне, — объяснил он, проходя мимо.

Крис пропустил его замечание мимо ушей. В воздухе поплыл нежный аромат фиалок.

— Джамиль, Тайхо, Куонг, доложите обстановку, — распорядился он.

Молчание.

Что-то было не так. Крис попробовал еще раз:

— Джамиль, доложи обстановку. Это приказ!

Тишина.

— Тайхо, включи свой транслятор!

Реакции не последовало.

— Куонг! Где ты, черт тебя побери?

Снова молчание. Что же происходит, в конце концов?

— Гарри, оставайся здесь. Кажется, у меня неполадки с коммлинком. Я собираюсь проверить…

Крис повернулся и увидел Тэсс, стоявшую в дверях. Она подняла руку и почти без замаха бросила в его сторону какой-то маленький предмет.

Граната покатилась по полу и остановилась возле ног киборга.

— Я спасу тебя! — воскликнул Гарри.

Он бросился на гранату и накрыл ее своим телом.

— Нет, Гарри! Это…

Последовал глухой хлопок, сопровождавшийся тихим шипением. Из-под живота Гарри повалили клубы желтовато-серого тумана. Здоровяк крякнул, озадаченно нахмурился и поднял голову.

— Граната с усыпляющим газом, — сказал Крис.

— Да, я… — Гарри моргнул. Его глаза закатились, голова со стуком упала на пол.

Тэсс натянула респиратор и бросила вторую гранату.

Крис попытался поднять винтовку, чтобы выстрелить, но оружие выпало у него из рук. Он упал на одно колено и уперся рукой в пол, борясь с газом, борясь с темнотой, обволакивавшей его мозг.

Все было бесполезно. Киборг рухнул на палубу.

— Мне очень жаль, Крис. — Слова Тэсс, приглушенные из-за респиратора, были последним, что он слышал.

Крис очнулся в полной темноте. Было очень холодно, и где-то в мозгу пульсировала тупая боль. Сначала его сознание было окутано благословенным туманом, но потом он вспомнил Тэсс, бросающую газовую гранату, и ее последние слова: «Мне очень жаль…» Киборг понял, что произошло и где он находится. Темно и зябко, как в холодильнике. Он был в коразианском «мясном бараке».

Он лежал неподвижно, пытаясь размышлять, заставляя свой мозг работать, хотя больше всего ему сейчас хотелось забиться в какой-нибудь угол и завыть. Головная боль была всего лишь побочным следствием усыпляющего газа. Она пройдет, но мучительное чувство поражения, ясное осознание ужасной судьбы, ожидавшей киборга и всех членов его команды, не пройдет уже никогда. Крис просил Творца лишь об одном, прежде чем оказаться на коразианском обеденном столе в качестве главного блюда: ему хотелось поздороваться с Тэсс, и предпочтительно той рукой, которая заканчивалась стальной клешней-тисками.

ГЛАВА 40

Пока человек не обладает мудростью, он не может использовать шпионов; пока он не воспитает в себе чувство правоты и благожелательности, он не может использовать шпионов… Это тонкое дело!

В этот момент Крис понял, что у него появилась другая проблема.

Сменная кисть его кибернетической руки бесследно исчезла.

— Вот сволочи! — Он приподнялся.

— Крис проснулся, — произнес чей-то голос в темноте. Судя по механическому тембру, это был Тайхо.

Крис переключил свой кибернетический глаз на инфракрасное зрение. Теперь он мог видеть тепло, излучаемое телами своих друзей, но не более того.

Коразианцы не имели глаз и потому не испытывали нужды в освещении своих космических кораблей. Темнота была абсолютной. Крис оказался единственным счастливчиком. Он, по крайней мере, мог видеть источники тепла. Его товарищи по команде, не наделенные столь совершенным зрением, были так же слепы, как если бы им выкололи глаза.