— А духи знают. Про ревность ты, кстати, зря; помогает она хорошо, просто чтобы вывести из себя Кварга, нужно что-то большее.

— Странные люди, — вздохнула Птичка. — Они так друг другу подходят, так друг другу нравятся — и вдруг такое нежелание принимать очевидное.

— Поведение старшего меня как раз не удивляет, — хмыкнул я. — Я бы скорее удивился, если бы он в этой ситуации поступил иначе. Да и про Яру неудивительно. Конечно, шанс, что они без вмешательства со стороны разберутся, есть, но он минимален. В общем, надо подумать. Можно ещё Ридью и Тимула подключить, как думаешь?

— Не, — поморщилась она. — Ри точно скажет, что лезть в чужую жизнь неправильно, а Тим… Он редкостный зануда, он просто не поймёт, что от него требуется и зачем. Мне кажется, эти двое были специально созданы духами друг для друга, — фыркнула Пи. — Примерно как Яра с Каром, только они это сразу признали. Ладно, значит, будем думать и ориентироваться по ситуации, — она протянула мне ладонь, которую я с чувством пожал.

С одной стороны, я понимал, что мы с Пи планируем сунуть нос совсем не в своё дело. Это, если подумать, довольно нагло, бесцеремонно и неправильно: лезть в чужую жизнь. Что Кварг, что Яроника — вполне взрослые люди, которые и сами могут определить, чего хотят от жизни.

Вернее, так было бы, если бы не другая сторона. Я слишком хорошо понимал причины поведения старшего, и просто не мог позволить ему так напортачить. Мы в данный момент буквально поменялись ролями: если тогда, на Брате, Кварг делал всё, чтобы удержать меня от глупостей и минимизировать их последствия, теперь была моя очередь. Оставалось надеяться, что Кар проявит большую сообразительность и меньшее упрямство, чем я в своё время.

Нет, я не спорю, в чём-то он был прав. Он действительно прекрасно бы обошёлся без Яроники, и никто бы не умер, и даже, наверное, не пострадал. Но одно я знал точно: дойдёт до него, насколько всё могло быть по-другому и насколько это «по-другому» было бы лучше, только тогда, когда будет безвозвратно поздно. И сидеть, сложа руки, наблюдая, как старший гробит свою жизнь, я не собирался. Даже если при этом я лез не в своё дело.

Первым из нашей пары феерических упрямцев явился Кварг. И одного только взгляда на его физиономию было достаточно, чтобы окончательно убедиться в правильности своего решения. Обменявшись с Птичкой взглядами, я понял, что её голову посетили те же самые мысли.

Нет, Кар, разумеется, не выглядел грустным и подавленным; я бы удивился, если бы так случилось. Просто перед нами появился Разум Неспящий Кварг Арьен собственной персоной, а не воскресший из небытия старший.

— Доброе утро, — поприветствовал он нас со своей обычной ничего не значащей улыбкой.

— И тебе того же, — кивнул я и уткнулся обратно в тарелку. В таком виде мне совершенно не хотелось с ним о чём-нибудь разговаривать, он опять начал невероятно раздражать.

Яроника явилась где-то через полчаса, и тоже была совершенно спокойна и сдержана. Смотреть на это было довольно тошно, и думать в таком окружении совсем не получалось, так что я предпочёл дезертировать в рубку.

Правда, долго моё одиночество не продлилось: по наши души пришли. Точнее, пришёл вчерашний подозрительный «товарищ полковник» собственной улыбчивой персоной и без охраны, о чём сообщила система оповещения. Пришёл, и с невозмутимым видом замер в нескольких метрах от корабля, с интересном разглядывая его. Даже ничего не предпринял, чтобы привлечь к себе внимание.

Был большой соблазн не пустить его внутрь, но я быстро его преодолел. Во-первых, что бы ни служило истинной причиной подобного поведения и отношения землян, это не отменяло их вежливости, и отвечать на неё хамством было неправильно.