Потолок, за неимением опоры, обвалился и, обрушившись, похоронил под своими бетонными обломками тела еще двух серафимов. Не теряя времени, Гавриил взял на мушку следующего серафима и, не мешкая спустил курок и уже после того, как тот испарился из-за очередных попавших в него снарядов, Гавриил увидел надпись на стене, которую прежде закрывало его тело. Надпись показалась Гавриилу довольно ироничной:

"Больница эта – край чудес, зашел в нее, и там исчез".

В пылу сражения Гавриил совершенно позабыл о том, что Мстислав предупреждал о перегреве оружия, пока не услышал характерный звук шипения, изданный Вайпером. Звук, сопровождался извергающимся струей паром, в четыре разные стороны, прямиком из ствола оружия. Гавриил продолжал машинально давить на спусковой крючок, но ничего не происходило. Из одиннадцати серафимов осталось только семь и те, убрав автоматы за плечи, обнажили клинки. По-видимому, до них, наконец, дошло, что огнестрельным оружием Гавриилу с его броней вреда не причинить, и собрались было атаковать его врукопашную, мечами, как вдруг раздавшийся звук приглушенного хлопка отвлек их внимание. Потрескавшаяся штукатурка на старых стенах разлетелась от ударной звуковой волны, а мгновение спустя, тело одного из серафимов отбросило с такой силой, что показалось, будто в него на полном ходу влетел невидимый локомотив, и в полете, оно лопнуло, точно воздушный шар. Оставшиеся серафимы, не успели толком отреагировать, как после еще нескольких хлопков их постигла та же участь.

Комната совершенно преобразилась.

Кое-где, отшелушенную краску щедро заменили брызги алой крови, а потрескавшиеся стены, помимо всего прочего, теперь украшали самые различные, не поддававшиеся опознанию части внутренностей серафимов.

Гавриил лежал неподвижно, ошарашенный, поддавшийся глубочайшему испугу и, одновременно, удивлению, пока резко появившийся из-за угла Мстислав в сопровождении Веры и Надежды не вырвали его из состояния ступора. Над Мстиславом необъяснимо парил, постоянно преследовавший его в воздухе, небольшой стальной шар, размером с мяч для гольфа. Гавриил поднялся с земли, ухватившись за руку, протянутую Мстиславом. Бегло окинув взглядом два трупа, заваленных обломками и одного с разрезанной мечом, почти пополам, головой, Мстислав, стряхивая с плеча Гавриила чьи-то окровавленные останки, похвалил его за успехи:

– Трое – недурно для начала. Только не начинай вести счет, а то очень скоро собьешься, – ухмылкой закончил он.

– Четверо, если быть точным, – поправил Мстислава Гавриил, – Одного убило Вайпером.

– Чудно он вайпает, не так ли? – с бессменной лучезарной улыбкой на лице поинтересовался Мстислав, поворачивая головой в безуспешных поисках бесследно исчезнувшего тела серафима, – Главное, не…

Не успел Мстислав закончить, как Гавриил заметил за его спиной, метрах в двадцати еще двоих серафимов, один из которых уже целился в них.

В голове Гавриила проскальзывало столько мыслей: "Оттолкнуть Мстислава", "Предупредить его", "Добраться до Серафима и обезоружить".

Едва успев моргнуть и, вновь прочувствовать в себе мимолетный импульс, тот самый, проигнорированный и приключившийся с ним еще взаперти, Гавриил уже стоял напротив целившегося серафима. Оба, Гавриил и серафим, глядели друг на друга в некотором недоумении, но по одной единственной причине: до обоих никак не доходил тот факт, что Гавриил, еще мгновение назад находившийся в другом конце коридора, меньше чем за секунду, преодолел расстояние в двадцать метров.