|
Сначала это больно, так как часто предполагает нарушение целостности кожи или слизистых оболочек. Потом, на пороге зависимости, когда на физическую боль уже плевать, наркоман пытается достигнуть не радости, а облегчения.
Память быстро стерла неприятные воспоминания подготовки наркотика и момент его приема. У меня не было времени даже наслаждаться ощущением легкости и спокойствия, которое дарила вколотая в вену синтетика, и это одновременно с ощущением, что тебя переполняют силы и энергия. Я употребил новую дозу, чтобы сделать процесс привыкания почти мгновенным. Что-то подсказывало мне, что квартира мне в этом поможет, даже если я этого не пойму.
Меня хватило на пару часов. Наркотик закончился, я уснул с ощущением абсолютного счастья и оптимизма, а проснулся на пороге Ада. Тело одновременно били жар и холод. Меня тошнило прямо на дорогой ковер, в глазах мутнело. Рубашка, которую я не снимал, покрылась липким потом. Руки тряслись. Было очень больно.
Нечеловеческая боль продолжалась бесконечно. Я катался по полу, раскачивался, пытался заглушить кошмарный зуд внутри алкоголем. Квартира знала, что он пригодится, но горячительные напитки не помогали, становилось только хуже. В моменты прояснений моего затуманенного разума я понимал, что должно стать еще тяжелее. Иначе это не сработает.
К вечеру перед глазами поплыли знакомые картины из прошлого. Пространство вокруг меня стало горячим, а воздух наполнился пылью и пеплом. Мои уши заполнились миллионами криков.
Наконец, я был в Аду. Здесь ничего не изменилось.
Глава 5. АрмагеддОFF
Спалив костюм и руки, я выкарабкался с раскаленной поверхности, не очень вежливо используя другие души как ступеньки. Грешники, потерявшие за годы адских мучений всякий интерес к происходящему вокруг, с удивлением наблюдали за моей наглостью. В их выпученных глазах читался немой вопрос «а что, так можно было?».
Упав на пыльную, горячую землю, я уставился на такой же земляной «купол», служивший Аду небом. Сегодня его не покрывали густые ядовитые облака. «В Преисподней погода оказалась хорошей», – подумал я и непроизвольно рассмеялся.
– Э! Ты што?! – послышался рык откуда-то со стороны. – Назад! Иди назад!
Ко мне подбежал шайтан с вилами, покрытый черной шерстью и копотью. Мое поведение его, кажется, шокировало, он не знал, куда деваться. Размахивая кривым прибором для пыток, он попытался схватить меня и пихнуть назад к сковородке.
– Мучиться! Не останавливаться! – кричал шайтан.
– Простите, не сегодня, – категорически отказался я, буквально перешагивая через невысокого беса так, что тот заверещал от возмущения. – На сковородке мне делать нечего.
– Грешник! – схватил меня за ногу шайтан, повисая на ней.
– У вас нет доказательств, решение в законную силу не вступило, а я возражаю! – не без труда, я стряхнул чернорабочего Ада и быстро направился к выходу из Квартала Страданий. Ноги несли меня сами, ведь раньше я бывал тут довольно часто.
– Как так-то?! Не может такого быть! – орал шайтан, поднимаясь и убегая в неизвестном направлении. Кажется, Квартал тысячи лет не видел подобного представления, мертвые души даже как-то оживились.
Мне предстояло покинуть Квартал, остановить любую форму нечисти и выяснить у нее, где находится герцог-демон Астарот. Мой бывший шеф был заметной фигурой, кто-то должен был подсказать мне, где его искать. В конце концов, демон не оставил точного адреса для места встречи.
Я старался двигаться быстро, но мое тело не покидали странные ощущения. Что-то тянуло меня наверх, вон из Ада, напоминая о том, что я все-таки жив. Тяга была несильной, но что-то подсказывало, что это ненадолго. Я должен был найти Астарота до того момента, пока не потеряю связь с Пеклом окончательно. |