Изменить размер шрифта - +
Накрыли стол в зале и обнаружили, что кресел осталось только три, и то одно уж больно хлипкое, остальные пошли в разное время на дрова. Принесли лавки и табуретки, получилось неказисто, но кресла и стулья не столовое серебро, их у разорившихся соседей не купишь. Надо ехать в город и заказывать хорошему столяру. Включив это в круг первоочередных задач, Бин смирился с разномастностью мебели.

— Едут! — прибежал мальчишка деревенский, посланный на крышу замка для наблюдения.

Эльвира охнула, бросила хозяйничать и бросилась к себе, прихорашиваться.

Виллинг приехал с казначеем ордена, графом Бери, и командиром роты лучников ордена Меча, маркизом Силингом. Никто из этих руководителей рыцарства в замке обнищавшего Биновера не был, и оценить последние усилия Бина и Гро, по преданию наследному имению былого лоска, не смогли.

— Не так плохо как мы думали, — вот всё что произнёс Силинг, когда троица рассаживалась за столом.

«Ну, погодите!» — скрипнул Бин зубами и послал за женой.

 

Глава 3

 

Вышли обе и неверная распутница, и жительница лесов. «Совсем другое дело!» — хмыкнул рыцарь, увидав округлившиеся глаза гостей. Глазам округляться было от чего. В голубом, чуть коротком для неё, и оттого ещё более привлекательном, платье Эльвиры, эльфийка меньше чем на принцессу не тянула. А сама хозяйка в своём розовом свадебном уборе и гривой золотых волос могла бы за королеву Соламнии сойти, ежели такой титул существовал бы.

— Ого! — за всех высказался казначей.

— Прошу к столу, — сделал широкий жест Бин, — Позвольте представить. Это — Эльвира Биновер-Карло — моя жена. А это …, - и тут рыцарь покраснел, ведь он даже не знал имени эльфийки.

— Эйя Санесси, — чирикнула девушка, видя, что Бин ей не помощник.

Тихо так чирикнула. Только все расслышали. Бин, потому что рядом стоял. Магистр, потому что с кресла упал. Когда жительница лесов произнесла своё имя, глаза у него вылезли из орбит, челюсть отвисла, а сам он откинулся назад резко, на том самом хлипком кресле. Не хотел ведь Бин его ставить. Не выдержало. Развалилось. И глава ордена Розы грохнулся на каменный пол, бренча доспехами. Он тут же простил младшему Биноверу этот «казус бели» так как руку, чтобы помочь ему встать, подала сама Эйя.

— Благодарю, принцесса! — сделав ударение на последнем слове, магистр припал губами к руке помогшей ему подняться.

— Санесси! — хором воскликнули два других гостя.

Они не упали, и смысл произнесённого эльфийкой дошёл до них позже.

— Дочь «Беседующего с Солнцем»!? — прошептал своим могучим басом граф Бери. Вот откуда что берётся, сам маленький, лысый, а голос как у большого и волосатого.

Дальше обед проходил в тёплой непринуждённой обстановке. Никто ни кого не принуждал говорить. Было весело. Бину было весело наблюдать за гробовым молчанием у себя за столом. Виллинг уткнулся в рагу и молчал — соображая, что из всего этого может получиться. Эльвира молчала от потрясения. Она думала, что приодела дурнушку косоглазую, а тут принцесса Квалинести. Граф Бери молчал по тому, что был самым умным и знал, что в присутствии представителей правящего дома, без их позволения, в Квалинести, разговаривать нельзя. Маркиз молчал потому, как молчали остальные. Бин этой тишиной наслаждался. Теперь, когда он расскажет как спас Эйю из рук неракцев, не миновать ему графского титула. Хватит, натерпелись. Теперь он, надо полагать, герой у двух народов Крина … и злейший враг Нераки.

Марта принесла Торбардинский чай и сухарики сладкие. Бин решил, что игра в молчанку затянулась, и спросил у эльфийки, мило улыбаясь.

— Как вам понравилось у меня в гостях, принцесса? — нарушил молчание Биновер, не осведомлённый, о правилах этикета в Квалинести.

Быстрый переход