— Надеюсь, для тебя это станет уроком на всю жизнь, — сказал я, посмотрев на Китти. — И ты запомнишь, что у каждого поступка могут быть далеко идущие последствия.

Повернувшись, я вышел из столовой. Выходя, сказал Нине:

— Отличное платье, прекрасно выглядишь.

— Спасибо, — покраснела та, будто гимназистка. — Плохая примета — видеть невесту в платье до свадьбы.

«Без платья ты была бы ещё прекраснее», — подала реплику моя тёмная сторона.

— Это касается только жениха, — произнёс я вслух.

— Правда? Я не знала. Тогда, значит, всё в порядке, — улыбнулась Нина.

В порядке… В порядке всё будет, когда мы переживём свадьбу, и ничего не случится. Очень бы этого хотелось. Чтобы мои дела не затрагивали моих близких. А потом, когда всё закончится, Нина с мужем уедет в свадебное путешествие. В Италию, если не ошибаюсь. И вот там уже — хоть потоп.

Надя нагнала меня на лестнице и схватила за руку. Я посмотрел в её широко раскрытые глаза.

— Костя! — зашептала она. — То, что говорила Китти…

— Забудь, — перебил я.

— Но ведь это когда ты прошлой ночью…

— Забудь, — повторил я.

— Но ведь, получается, это она не с тобой, а с великим кня…

— Надя! — Я взял её за плечи. — Успокойся. Всё нормально.

— Что ты называешь нормальным в этой ситуации?! — взвилась Надя. — Борису пятнадцать лет! А Китти — служанка! Если об этом узнают его родители…

— Ни один подросток в здравом уме не расскажет о подобном своим родителям. Как ты вообще это себе представляешь?

Надя покраснела и отвернулась.

— Та-а-ак… — протянул я. — Ладно, давай сделаем вид, что ничего не было. Ты ко мне сейчас не подходила. Окей?

— Эти твои англицизмы, — проворчала Надя. — Нахватался от Кристины…

— Можно я не буду встречно шутить по поводу того, чего ты могла нахвататься от Вовы?

— Костя! — завопила Надя.

Я увернулся от удара и одним прыжком перескочил на несколько ступенек выше. Взбежал на самый верх.

Надя, вспомнив, что она — дама из высшего общества, преследовать меня не стала. Кричать — тоже. Я спокойно отпер свою дверь и, наконец, переоделся.

* * *

Машину я поставил рядом с Академией, как обычно. Здесь можно было без проблем припарковаться, и не так сильно бросалось в глаза, что я приехал во дворец. Но не успел открыть дверь, как распахнулась противоположная, и рядом со мной плюхнулась Полли.

Похоже, девушки сегодня решили осложнять мне существование коллективно.

— Доброго вам дня, Аполлинария Андреевна, — сказал я. — Что вы делаете в Академии, позвольте полюбопытствовать? Лето, самое время наслаждаться каникулами…

— Не прикидывайтесь, будто не понимаете, почему я здесь, Константин Александрович! Я насилу вас отыскала. Складывается впечатление, будто вы нарочно от меня прячетесь! — Голос Полли звенел от злости. — Хочу вам сказать, что ваша ревность переходит все мыслимые границы!

— Моя… ревность? — не понял я.

— Именно ваша! Вы из той отвратительной породы людей, которым нужно лишь то, чего они не могут заполучить!

Я представил себе собственный мозг, сидящий посреди комнаты и пытающийся из кубиков выплюнутых Полли слов собрать что-то осмысленное.