— На a2 собрались? — хмыкнул я. — Отвечу ладьёй на b7. Вроде бы жертва, но вскоре качество верну, и даже позиция окажется лучше. Тем не менее, до окончательного выигрыша будет далеко, вновь начнём бороться позиционно, и партия затянется ещё дольше.

— Хм, в ваших словах есть разумное объяснение. Хорошо! — он потёр ладони. — Согласен на ничью! Судя по вашему уровню и показанному мастерству, то такое окончание для меня почётно!

Мой тренер облегчённо вздохнул, директор дворца нервно смахнул пот со лба. Похоже, Марк Анатольевич важная шишка и он не любит проигрывать. Спустя же пару минут я получил удостоверение второразрядника, подписанное директором дворца и заместителем министра спорта.

— Удачи тебе в спортивной карьере, — напутствовал Марк Анатольевич, пожимая мою руку. — Уверен, у тебя блестящее будущее.

— Спасибо, постараюсь оправдать доверие, — ответил я, с трудом оставаясь на ногах.

Моё состояние ни от кого не укрылось, но почему-то все решили, что перенервничал и не стали задерживать, когда пошёл домой. Впрочем, большая часть бывших соперников и зрителей уже ушла, а оставшиеся стали разбирать недавно сыгранные партии. И чего они в них интересного нашли? Далеко не все комбинации с моей стороны были лучшие.

— Это всё хорошо, но с даром что-то следует делать, — потёр я висок. — Не уверен, что от него много пользы, а вот последствия напрягают.

На больших соревнованиях происходит сканирование на предмет магического возмущения. Воздействовать и использовать дар во время игры не допускается. В правилах есть оговорка, что игроку не запрещается владеть различными способностями, но он обязан держать их под контролем и ни в коем случае не использовать. Даже если произошёл неконтролируемый всплеск, и он не задел соперника, никак не повлиял на партию, то, всё равно, такого игрока дисквалифицируют и засчитывают техническое поражение. Как это происходит на практике, и кто определяет этот всплеск или воздействие — понятия не имею. Однако, если всё отдано на откуп судьям, то вмешивается человеческий фактор, а это уже печально.

— Итак, впереди непростые времена, — сказал я и достал расписание турниров, которое мне сунул Александр Николаевич.

Тренер сказал, чтобы внимательно изучил и время, и место проведения матчей и не планировал ничего другого на эти периоды. Первый шаг — взять городской кубок, потом победить на областных играх, после отправиться на чемпионат Союза. Между каждым основным соревнованием есть и промежуточные турниры. В том числе и с представителями зарубежных шахматных клубов. На таких мини-состязаниях мне необходимо набирать очки и повысить разряд, чтобы к чемпионату получить кандидата в мастера спорта, а выиграв Союзное первенство удостоиться мастера. Тогда, возможно, министерство начнёт отправлять играть за границу.

— Наполеоновские планы у господина Курзина, — покачал я головой. — Он слишком в меня верит, а на какие-то другие дела не оставляет ни минуты. Готов ли я к такому?

Задумчиво покрутил в руках чашку с остатками кофе. Хм, забить на учёбу, отказаться от встречи с Сироткиной? Ну, первый вариант ещё терпим, нет с одноклассниками общих взглядов, а вот от Елены отказываться не готов, хотя девушку и видел мельком и даже с ней не общался. С чего она мне так в душу запала? Или её дар на меня повлиял? Что если встречу и разочаруюсь?

— Тогда и руки окажутся развязаны, — сам себе сказал и мрачно улыбнулся, понимая, что такого развития событий не желаю. — Ладно, пора спать, завтра первый учебный день и мне после уроков необходимо успеть в мед, чтобы встретиться со своей спасительницей.

Вставать в семь утра оказалось тяжко, в глазах словно песок засыпан. Будильник трезвонил долго и почти весь ручной завод закончился. Если бы часы поставил рядом с кроватью, то точно бы проспал, а так его специально ночью водрузил на полку, чтобы сонному не хлопнуть по кнопке отключения противно-раздражающего трезвона.