— Нет, — сказала она. — Никто меня не ждет.

Дон печально покачал головой:

— Родись вы в Ирландии, так давно уже были бы замужем!

— В Англии многие замужеству предпочитают работу, — невозмутимо заметил Ли. — Может, доктору и не нужно, чтобы в ее жизни был мужчина?

Теперь уже хмыкнул Дон:

— Каждой женщине нужно, чтобы в ее жизни был мужчина!

— Что возвращает нас снова к тому, с чего ты и начал, — заметил Майк. — Старый дурак, ты смущаешь доктора!

— Вы смущены? — с иронией спросил Ли.

Трейси пришлось собрать всю силу воли, чтобы повернуть к нему голову и широко и беззаботно улыбнуться.

— Я страшно смущена! Не часто приходится ощущать себя словно под микроскопом. Вообще-то мне казалось, что разговор шел о китах?

Секунду, если не меньше, пока длилось молчание, его глаза словно поддразнивали ее. Затем Ли пожал широкими плечами:

— Виноват ваш ирландский друг — это он увел разговор в сторону. Наверно, решил, что эта тема для вас скучна.

— Если уж на то пошло, мне очень интересно, — убежденно сказала Трейси. — Как вы решаете, куда направиться дальше?

— Очень просто. Пока мы ловим китов в одном секторе, я посылаю вперед на разведку парочку китобойных судов. Если один из них обнаружит большое стадо, мы перебираемся туда, если же нет — продолжаем следовать проложенным курсом и надеяться на лучшее. Сейчас мы направляемся… очень медленно, надо добавить, в сторону острова Южная Георгия.

— Нет ли на этом острове станции по переработке продуктов китобойного промысла? — нерешительно спросила Трейси.

— Была. Теперь все береговые фабрики закрыты.

— Почему? — заинтересовалась она.

— Они стали нерентабельными. Флотилия может следовать за китами в любом направлении, а китобойным судам островной фабрики приходилось преодолевать двойное расстояние, иногда более сотни километров туда и обратно — и все ради пары китов-полосатиков. Кое-кто из моих матросов раньше работал на судах, базировавшихся на Георгии. Думаю, можно с уверенностью сказать: никто из них не согласился бы вернуться к той жизни.

— Значит, теперь остров необитаем?

— Да нет, там по-прежнему есть небольшое поселение Гритвикен, но заходят туда только корабли на пути к материку или обратно.

— Земля полуночного солнца, — вмешался в разговор неугомонный Дон О'Малли. — Доктор, вы бы хотели жить там, где день длится двадцать четыре часа?

Она озорно улыбнулась:

— Последние двадцать пять лет я так и жила и не скажу, чтобы особенно от этого страдала.

Он театрально поморщился, словно от боли:

— Женщина, предоставьте острить тем, кто был рожден и вскормлен на остротах, и не сбивайте меня неуместными замечаниями! Если бы мы там оказались, перед вашим взором предстало бы редкое зрелище; айсберги величиной с целый замок, ледяные поля протяженностью отсюда до самого Рождества! — Голос его потеплел от воспоминаний. — Однажды мы на три дня застряли в паковых льдах. Когда солнце коснулось линии горизонта, было такое впечатление, словно мы оказались посреди огненного моря!

— Красиво рассказываешь, — лениво заметил Ли с ноткой веселья в голосе. — Но раз уж начал, договаривай все до конца. — Теперь он обращался к Трейси: — Льды, безусловно, производят сильное впечатление, но они могут быть и опасными. Об этом не стоит забывать.

«Да, — про себя решила Трейси, поднося бокал к губам, чтобы избежать его взгляда, — об этом действительно не стоит забывать».

Глава 7

За ночь туман рассеялся, и с рассветом корабль вновь ожил.