|
Другие мужчины говорили ей то же, и Сара сама уже в это поверила, потому что среди них не нашлось ни одного, кто бы зажег в ее крови огонь страсти.
Алекс целовал ее медленно, двигаясь с ленивой нежностью. Он дразнил ее, заставляя раскраснеться ее губы и всю ее кожу так, будто кровь в ее венах бежала все быстрее и быстрее, накаляя плоть.
Сара невольно схватилась руками за его грудь, сжимая мягкую ткань его свитера и впиваясь ногтями в твердые мышцы под ним.
– Закрой глаза, – потребовал он.
Сара очутилась в полной темноте, и тогда его рот овладел ею. Ее пульс бешено застучал, дыхание замерло… Алекс коснулся языком ее губ, лаская чувствительную плоть, пробиваясь глубже и глубже, все больше затягивая ее в поцелуй.
Он снова запустил руки в ее волосы и теперь держал ее голову, пробуя на вкус, исследуя тайные глубины ее рта. Он поддразнивал ее губы и язык до тех пор, пока они не заразились его неуемным желанием и не стали исследовать тайны его рта.
Когда он отстранился, Сара судорожно всхлипнула.
Ее глаза были широко раскрыты и горели страстью, в его взгляде она видела отражение своего желания.
– Сара? Ты хочешь уйти отсюда? – прозвучал его резкий голос, пока он скользил жарким взглядом по ее трепещущему телу.
– Я… я не знаю…
На экране кто-то заорал: «Я достану тебя, ублюдок!».
Алекс убрал руки, и Сара соскользнула на диван. Она затаила дыхание, когда его пальцы проникли к ней под свитер, двигаясь к вздымающейся груди, и стали ласкать ее бархатную округлость. Тогда Сара услышала не то всхлип, не то стон и не сразу поняла, что это звук ее собственного сорвавшегося голоса.
– Боже, ты напряжена, как струна, – прошептал он, вытаскивая руку.
Ее тело стонало там, где он касался его, а может, наоборот, там, где не дотрагивался до него, оно просто сгорало от неуемного желания.
Алекс взял ее за плечи и вкрадчиво спросил:
– Давно такого с тобой не было?
Он смотрел на нее так, словно хотел увидеть ее насквозь!
– Если хочешь убежать от этого… – его руки вновь очертили выпуклые линии бьющейся под свитером груди.
В Саре где-то глубоко медленно росло, поднималось желание, ей хотелось ловить его ласки, ласкать самой. Вдруг он резко остановился.
– Если хочешь убежать, беги сейчас, – его голос стал необычайно жестким, – а если нет, тебе не уйти от меня.
Она издала звук – не слово, а лишь смущение, желание и беспомощность, сплетенные воедино.
– Сара… – она видела, как Алекс глубоко вздохнул и закрыл глаза, – Сара, ты когда-нибудь делала это раньше?
– Я… нет. – Ее губы пересохли от жажды. Он убрал руки. Было слышно, как в фильме кричали, крушили и ломали мебель – шла жестокая потасовка. Алекс сказал хрипло:
– Я и не думал, что ты…
Ее пальцы сжались.
– Девственница? – В один миг жар перекинулся на ее лицо, оно вспыхнуло, и Сара прошептала: – И ты отказался бы от пари, если бы знал это?
Она видела, как напряглась его шея. Он резко ответил:
– Одевайся. Бери пальто, и… я отвезу тебя.
Сара знала, что теперь будет думать о нем, он разжег ее желание, хотя все, что он сделал, – это поцеловал ее и дотронулся до груди. Он даже не успел соблазнить ее, но она всегда будет мечтать об этом. Она сказала:
– Тетя Лори не хочет, чтобы я приходила к ней сегодня, у нее вечеринка.
– Я отвезу тебя к своим родителям, – мускул дрогнул на его лице, – ты не можешь оставаться здесь. – Сара не двигалась, и Алекс холодно сказал: – Давай, Сара! Бери пальто. |