Озираясь, Сьюзен заметила, что вокруг них полно народу, и обиженно проговорила:

– Над чем ты смеешься? Прекрати.

– Легкая мишень, говоришь? – со смехом выкрикивал он. – Ты?

– Перестань, я говорю. Люди смотрят, – она ткнула его кулаком, без всякого намека на любовное заигрывание.

Держась за ударенный бок, Фиц успокоился и сказал:

– Лучше тебе к этому привыкнуть. Они всегда будут смотреть на нас. – Он не мог сдержать ухмылки. – Дорогая моя леди Гудридж. Милая моя Сьюзен, – как я в мыслях всегда тебя называл – ты олицетворение трудной мишени. Ты слишком правильная, слишком богатая и грозная. Поэтому никто до сих пор не сгреб тебя в охапку и не повел к алтарю. Чтобы приблизиться к такой женщине, как ты, нужны крепкие нервы и ловкость. Я бы никогда не осмелился и помыслить о таком счастье, если бы не намек – лишь прозрачный намек, понимаешь, – на голод в твоих глазах, когда ты смотрела на меня. – Наплевав на приличия, он обвил рукой ее талию. – Поэтому скажи мне, как давно ты меня жаждешь, и я скажу, что сделаю, чтобы утолить твои желания.

Ее спина была так напряжена, что, казалось, сейчас переломится, вся ее фигура излучала волны праведного возмущения.

Как же повезло ему и Сьюзен! Она сделает его богатым, он ее – счастливой и...

– Я не знаю, Фиц, что ты делаешь с моей сестрой, но хотел бы, чтобы ты остановился и внимательно меня выслушал.

– Деликатность, вернее ее отсутствие, несомненно, самое слабое место вашего славного семейства. – Фиц отвернулся от Сьюзен и посмотрел на Блэкберна. – Кто тебя просил прерывать нас? У нас тут происходит помолвка.

– Рад, что ты наконец убедил ее. – Блэкберн нервно и торопливо поклонился. – Но имейте в виду, здесь публичное место, и рано или поздно все равно кто-нибудь прервал бы вас. Мне нужна твоя помощь. Кто-то должен присмотреть за Адорной вместо меня.

Сьюзен с Фицем переглянулись.

– Присмотреть за ней? – осторожно переспросила леди Гудридж.

– Она передает сообщения для французских шпионов, и я боюсь, что ее могут попытаться убить.

– Рэнсом, друг мой, – Фиц положил ему руку на плечо. – Ты себя хорошо чувствуешь?

– Она не знает, что передает сообщения. – Блэкберн громко вздохнул. – Она пока еще не знает, но знают шпионы, а они безжалостны и могут быть мстительными.

Сьюзен и Фиц снова переглянулись. На лице Фица был написан всевозрастающий интерес.

– Ты и эта сплетня о шпионах. Так это правда?

– Сущая правда, – согласился Блэкберн. – Так ты присмотришь за ней? Особенно следи, нет ли поблизости Атоу. Я думал, он будет здесь, но его что-то не видно, и я очень беспокоюсь о Джейн.

– А она что, тоже шпионка? – голос Сьюзен сочился сладким ядом.

– Нет, но я был уверен в обратном, и теперь она сердится на меня.

Сьюзен побелела.

– Ты думал, что она шпионка, и женился на ней? Фиц почувствовал, что теряет связь с реальностью.

– Неудивительно, что она сердится, – сказала Сьюзен.

– Вы посмотрите за Адорной, – в отчаянии повторил Блэкберн.

– Подожди. – Фиц перевел взгляд с друга на невесту. – А откуда ты знаешь, что я не шпион?

– В таком случае мистер Смит был бы крайне рад, что мы работаем вместе, – огрызнулся Блэкберн.