Я расхаживала с телефоном в руке, мысленно репетируя свое сообщение, чтобы, когда понадобится, произнести его без запинки. Неудачными сообщениями я отпугнула целую толпу поклонников. Во всяком случае, мне хочется думать, что дело было именно в этом. Но когда так много поставлено на карту, приходится быть осторожной.

«Привет, это Молли Форрестер, — попробовала я. — Джейк, Лара сказала мне, что у тебя неприятности. Думаю, я могу помочь. Позвони мне». Но, поразмыслив, я решила, что выражаюсь, как психотерапевт, рекламирующий свои услуги. А мне надо уподобиться пауку, заманивающему муху в свои сети.

Попробуем еще разок.

«Джейк и Лара, это Молли Форрестер. Джейк, я знаю, что ты занят, но мне надо кое-что узнать. Вопрос жизни и смерти. Пожалуйста, позвони». Нет. Ясно, что дело срочное, но смахивает на подростковую истерику.

Лучше выражаться более расплывчато. Поменьше Даниэлы Стил, побольше Раймонда Чандлера.

«Джейк, это Молли. Мне надо с тобой поговорить. Ты знаешь о чем».

Да. Неплохо придумано. Лара подумает, что речь идет о статье, но Джейк все поймет. Даже если кто-то его запугал, он не может скрываться вечно. Он непременно объявится, чтобы поиграть с тем, кто разгадал его секрет. Диктуя сообщение с просьбой позвонить мне на мобильный, потому что мой автоответчик сломался, я не сомневалась, что он ответит. Оставалось только молиться, что я вовремя услышу его шаги.

15

«Алгонквин-отель» для меня святыня. Алгонквинский круглый стол — общество ярких, язвительных, остроумных людей, собиравшихся в тридцатых годах в Дубовом зале, в том числе нескольких моих любимых писателей. Больше всех я люблю Дороти Паркер, женщину, сумевшую найти точную пропорцию между комедией, болью и коктейлем и никогда не тратившую ни капли этой смеси впустую. Приглашая сюда Кайла и детектива Кук, я чувствовала себя на своей территории, под охраной духов Паркер, Бенчли и прочих знаменитостей.

Я выразила свое отчаяние в подборе туалета, призванного задать верный тон встрече с Кайлом и детективом Кук. Но ничего подходящего у меня не нашлось. Для «Алгонквина» требовались классические черные голливудские брюки с высокой талией, белая шелковая блуза и неожиданно легкие туфли без задников, возможно украшенные маленькими розочками. Я предпочитаю стиль Кэтрин Хепберн — для стиля Одри Хепберн у меня слишком широкие плечи. К тому же я не была расположена порхать, как она. И мое настроение портилось с каждой минутой.

Я ждала телефонного звонка, надеясь, что это окажется Джейк, а может, и Кайл, чтобы под любым предлогом отменить встречу. Но неожиданно для себя самой я позвонила Кэссиди и предупредила, что немного опоздаю к Винсентам, потому что встречаюсь с детективами.

— Неужели ты ревнуешь его к этой Кук? — презрительно фыркнула Кэссиди.

— Мне нужно поговорить с ними о сообщении на автоответчике.

— Как ты собираешься заставить людей отвечать на твои вопросы, если сама на них не отвечаешь?

— Не знаю.

— На какой вопрос ты сейчас ответила?

— На все три.

— Не слишком опаздывай. Это невежливо. Честно говоря, мне не улыбается особенно там засиживаться.

— Ты и правда спала с Дэвидом?

— Меня уже занесли в протокол, мы просто пообнимались на вечеринке. Без всякого продолжения.

— Кто первый начал?

— Что-что?

— Я просто пытаюсь сообразить, как у них это вышло с Вероникой. Легко ли совратить Дэвида, как ты думаешь?

— Он ведь мужчина, не так ли? Их пенис нарочно сделан в виде ручки, чтобы их за него водить. Если приделать к ним колеса, из них получатся отличные игрушки-каталки.