— Они всегда ведут себя так перед игрой, — объяснила Лилия.

Девушку интересовали мои дела в компании, полностью поглощавшие свободное время. Работа все больше захватывала меня.

— Говорят, вы часто видитесь с Джереми Диксоном, — сказала она.

— Он возглавляет отдел, чья деятельность меня особенно интересует.

Лилия сразу помрачнела и напомнила мать. Мне все чаще казалось, что она боится выдать какую-то тщательно охраняемую тайну. Возможно, Лодов беспокоило, что они находились на положении бедных родственников, хотя никто не относился к ним подобным образом. Джосс обращался со всеми, как с ровней, и, пожалуй, проявлял больше участия к семье экономки, нежели к моей персоне.

Я старалась отбросить все мысли о муже, но это удавалось с трудом. При звуке его голоса я вздрагивала и с радостью прислушивалась к каждому слову, часто наблюдая за ним со стороны. Когда Джосс уезжал, мне казалось, что он непременно отправляется к Изе, и я живо представляла их в объятиях друг друга.

Может, Мэдден держит Эзру в страхе? Но почему? Я заметила, что многие боятся мужа, и однажды заговорила с Джоссом о том почтении, которое выказывают его служащие, но он немедленно огрызнулся:

— А что им остается? Они ведь зависят от меня.

— И в некоторой мере — от меня.

— С вами приходится считаться.

— Не издевайтесь.

— Я абсолютно серьезен! — воскликнул Мэдден.

Я постоянно припоминала мельчайшие подробности наших разговоров.

Что же касалось Эзры, то он считался мастером своего дела и имел долю акций компании. Если его отношения с Джоссом разладятся, генеральному менеджеру придется уйти. Неужели он поэтому закрывает глаза на любовную связь жены с хозяином?

Поверить в это было трудно. Эзра очень любил животных, и его отношение к Уэттлу доказывало это. Не может столь мягкая и добрая натура пасть так низко. Хотя кто знает, чужая душа — потемки.

Джосс же умел навязать свою власть, и люди вели себя в его присутствии соответственно.

Лучше прекратить думать о нем. Мэддену не нравится, что я провожу много времени в компании Джереми Диксона. Он не высказал это мнение прямо, но намеки на недовольство были. Ну и пусть!

Иногда по утрам мне приходилось ездить в город с Джимсоном Лодом, так как муж старался уехать значительно раньше. Мой попутчик очень напоминал мать и казался таким же безликим.

Джимсон постоянно рассказывал о бухгалтерии, которую принял после Тома Полинга. Я понимала, что следует разобраться в бумагах и подсчетах, но больше интересовалась работой других отделов.

Иногда меня изумляло, зачем Бен отдал мне львиную долю акций процветающей компании. Он словно присутствовал рядом и заставлял меня идти вперед. В голове все время звучал голос друга, который боготворил опалы и хотел, чтобы я тоже заразилась этой страстью. Должно быть, любя Джессику-старшую, Бен считал меня почти дочерью, о которой беспокоился. Кроме того, он обожал Джосса. Тот вырос достойным сыном своего отца, стал не слишком разборчивым в средствах, безжалостным авантюристом — человеком своей земли и своего времени.

Зачем Бен заставил меня выйти замуж за Мэддена? Куда подевалась его житейская мудрость? Наверное, хотел спасти от скучной жизни в Дауэре. А может, предчувствовал, что не пройдет и года, как я влюблюсь в Джосса?

Знал ли друг об отношениях сына с Изой? Видимо, такой тип женщин ему не нравился. Подарив Джоссу молодую жену, он скорее всего намеревался положить конец этой затянувшейся связи.

Пусть Бен любил меня и желал лучшего, но никто не застрахован от ошибок. Кроме него, никто не испытывает ко мне подобных чувств. Я вспоминала, как ребенком задавала себе вопрос о материнской любви, которой никогда не знала.