В войне. Как это было для его отца и всех Д'Ажене до него. Фактически он уже приготовил все для того, чтобы вернуться в армию. Полковник французской армии в Баварии охотно продал свой офицерский патент, и Ахилл явно убивал время, ожидая, когда прибудет курьер и доставит документы.

– Скажи мне, сплетник, – попросил Ахилл, глядя, как виконт с трудом сглатывает слюну, – скажи дьяволу, как ему получить прощение за свои грехи.

Виконт открыл рот, но не произнес ни слова.

– Сороке нечего сказать. – Ахилл скрестил ноги. – Интересно. Ты думаешь, что теперь я проклят на все времена?

Мимо неторопливо прошла группа из трех женщин, их широкие юбки раскачивались, а глаза многообещающе поблескивали, но их улыбки превратились в гримаски разочарования, когда Ахилл не остановил их.

– Некоторые могут сказать, что искупление можно найти в женских руках, – задумчиво продолжил Ахилл. – Должен ли я выбрать более безопасный путь, чем война?

– Какой вам будет угодно, месье, – ответил Виньи сдавленным голосом, понимая, что беседа заходит слишком далеко.

– Мой выбор, так ведь? – переспросил Ахилл с фальшивой озабоченностью. – Что за странное представление. Человек ответствен за спасение собственной души. – Фальшь покинула его. – Или за свое осуждение на вечные муки?

Он долго молчал, затем протянул вперед свою руку с раскрытой ладонью.

– Что на моей ладони – спасение или вечные муки? Война или…

Еще одна женщина профланировала мимо, уронив свой веер, когда проходила рядом. Один из придворных устремился поднимать его, а на ее лице появилась недовольная гримаса разочарования Ахиллом, прежде чем она продолжила неспешное движение со своим новым кавалером.

Виньи немного расслабился и посмотрел на проходившую женщину.

– Или женские руки, месье? Мадам де Мадельмон была вашей любовницей несколько недель.

Ахилл пожал плечами.

– Мадам де Мадельмон думает, что я – лекарство от ее скуки. Однако она – лекарство не для меня. – Он в задумчивости нахмурил брови. – Но война… – Кровь быстрее зациркулировала в нем в предвкушении возвращения к битвам. – Война с Австрией будет неизбежна, как только доверенное лицо короля подпишет союз с Фридрихом и Пруссией.

Виньи, казалось, был захвачен врасплох страстью, зазвучавшей в голосе графа.

– Но, месье, вы бы, конечно, предпочли более нежное очарование. Я слышал, что мадам Фашо и ее сестра – они близнецы, месье! – спрашивали о вас.

– Новизна больше не прельщает меня. – Ахилл откинулся на спинку дивана, улыбка воспоминания тронула его губы. Он почувствовал эфес своей шпаги в руке. – Французская армия, без сомнения, двинется маршем на северо-восток через Баварию на встречу с Фридрихом в…

Шум в зале прервал его. Жена хозяина замка, мадам Дюпейре, старалась провести молодую женщину, одетую в дорожный плащ, через группу галдевших придворных, которые наперебой предлагали ей свои услуги. Хозяйка отогнала их прочь и продолжила движение в сторону Ахилла. Когда женщины оказались рядом, Ахилл увидел, что капюшон вновь прибывшей отброшен назад и открывает ненапудренные золотисто-каштановые волосы, обрамляющие интригующе необычное лицо с благородными чертами.

Равнодушные зеленые глаза молодой женщины скользнули по двоим мужчинам, сидевшим на диване у окна, нерешительно замерли, потом вернулись к Ахиллу. Время, казалось, на мгновение остановилось, и Ахилл увидел ошеломление, неверие и ненависть, направленные именно на него, потом зеленые глаза вновь стали равнодушными.

Ахилл почувствовал жар, словно он открыл заслонку горячей печки, а язык пламени вырвался наружу и обжег его.