Мария Руднева. Рондо Венециано
День, когда в Венецию вернулись дельфины, был солнечным и безмятежным. Тишина, гулкая и прекрасная, дрожала среди старинных стен, стелилась по неподвижным поверхностям каналов и рассыпалась искорками под весенним солнцем.
Дельфины летели в прохладной воде, вспарывали гладь каналов острыми плавниками, и только и было видно здесь и там их гладкие бока. Да только некому было наблюдать. Венеция опустела.
Сначала исчезли туристы – от налетающих волнами на площади и мосты людских потоков остались сначала озера, потом тонкие ручейки, потом русло и вовсе пересохло. Все вернулись по домам, напуганные незнакомым вирусом и постановлением правительства. Следом и коробейники пропали. Когда некому стало продавать карнавальные маски и изделия из стекла, магниты и открытки, подвески и сережки – они словно растворились среди окон и арок, исчезли, точно и не было их. Больше никто не стоял в узких проходах и не заманивал праздношатающихся бедняг потратить деньги, которых у некоторых было с избытком, а у некоторых и на полноценный обед едва едва набиралось к концу долгих каникул.
Дольше всех держались местные – рестораны открывали нараспашку двери, запах сыра и мяса витал над улочками, но и они так или иначе вняли здравому смыслу, штрафам, законам и возмущенным крикам перепуганных соседей ипохондриков. Закрывались быстро и тихо, так, что однажды утром Венеция совсем опустела. Сбросила с себя людские толпы, как девушка сбрасывает легкое платье, и остал Бесплатный ознакомительный фрагмент закончился, если хотите читать дальше, купите полную версию
|
