— Мне сказали, что вы готовы в чем-то признаться? — следователь оторвалась от разложенных на столе бумаг, которые она якобы изучала при моём появлении.

— Готов, а где мой адвокат?

— Вы пока свидетель, а свидетелям адвокат не положен. — отчеканила дама-юрист.

— А можете мне в кодексе место показать, где так написано? И если мое положение, как свидетеля ухудшается, то признавайте меня сразу подозреваемым, и допрашивайте меня в качестве подозреваемого, или обвиняемого, если вам так удобнее.

— Вы мне тут условия ставить будете?

— Ну, если вы мои слова так интерпретируете, то да — ставлю условия.

— Я вас сейчас обратно операм отдам, и они…

— Они что? В очередной раз изобьют, или наденут противогаз и шланг передавят, чтобы человек, задыхаясь, хоть что подписал? Вы это хотите сказать? А если вам на башку противогаз натянуть, а потом начать вопросы задавать? Через сколько ты, сучка, вспомнишь, за сколько убийц выпускаешь?

Не знаю, было ли за дамочкой что-то подобное, или нет, но она заорала благим матом. После чего ворвавшиеся в кабинет опера поволокли меня в камеру, а через час повезли через весь город, в районный суд.

Народный суд Городского Сельского района.

Судья была изначально настроена очень негативно. Видимо, чтобы наконец закрыть меня на несколько суток за мелкое хулиганство. Ее выдернули из другого процесса, или оторвали от другого, не менее приятного дела.

— Громов, встаньте. Виновным себя признаёте?

— В чем виновным я должен себя признать?

— В том, что вчера, около девятнадцати часов, находясь на остановке общественного транспорта «Школа» в посёлке Садовый справляли естественные надобности в общественном месте, на замечания свидетелей отвечали нецензурной бранью…

— Уважаемый суд, я в своей жизни в этом поселке не был, тем более, что в это время я находился, или в машине «скорой медицинской помощи», или в Городской клинической больнице, где врачи оказывали мне помощь после того, как я явился в отдел милиции по вызову, это можно уточнить в карте больного. А если вы меня сейчас осудите по вот этим липовым бумажкам, я, не сходя с места, обжалую ваше решение в областной суд. Человека вторые сутки допрашивают за какое-то массовое убийство, а теперь привезли в это шапито…

— Минуточку. — судья аккуратно сложила материалы моего «дела», что не особо задумываясь, сляпали сотрудники розыска, поманила этих самых сотрудников, что стояли у приоткрытой двери в коридоре, торжественно вручила им бумаги и вышла из комнаты судебного заседания, напоследок сообщив, что начальнику милиции она позвонит лично.

Здание Миронычевского РУВД Город.

— Это вы его за что сюда привезли? — из комнаты отдыха вышел дежурный по РОВД, что-то отчаянно дожёвывая.

— У вас на территории убийство было позавчера, в областной больнице. Вот, мы жулика задержали и вам все материалы передаём.

— Он в «признанке»?

— Нет ещё, но там на него прямо указывает человек.

— Ладно, а начальство в курсе?

— В курсе в курсе, вы мне здесь распишитесь, что бумаги приняли, и я поеду, а то у нас одна «дежурка» на район осталась? — опер «сельского» РОВД очень скинуть меня коллегам «по территориальности», что аж мелко сучил ногами от нетерпения. Не ожидавший ничего плохого дежурный пересчитал количество листов в сшитом материале и расписался на втором экземпляре «сопроводиловки», после чего мой сопровождающий исчез со сверхсветовой скоростью.