— Ана?

— Грустно.

— Нам нужен шестой в отряд.

— Нам нет. А тебе нужно взять себя в руки. Я уже перекинул все данные с брифа. Займись сборками и подбором расходников. Позже обсудим детали.

— А что с Аной?

— Ее не трогай, я сам пока не решил. Но если будут предложения или пожелания, моя дверь по соседству.

— Да я к тебе теперь ни ногой. Ты же меня работой на ровном месте грузишь.

— Не преувеличивай. Ты и так этим занимался. Просто теперь все официально.

— Вот именно, — воскликнул Маус. — О-фи-ци-аль-но. Ты только вслушайся. Какое мерзкое слово. Как много в нем принуждения и притеснения творческих порывов моей свободной натуры. И это после всего, что я для тебя сделал, Арч?

— Фига ты загнул, — удивился я.

— Табулирование творческой диспозиции личности, первый шаг к психологической деструкции подсознательных сдерживающих барьеров.

— Дарова, Овер, — ответил я.

— Вот и я ему о чем говорю, — встрепенулся Маус. — Не буди во мне зверя, Арч.

— Погоди, ты что, понял его? — во второй раз удивился я.

— Я же прямым текстом сказал, — Овер сделал обиженное лицо, присел между нами и сразу принялся уплетать канапе. С моей тарелки.

— Эй, лапы убрал, деструктор табулированный. А то ща диспозицию за барьер смещу.

— Психологическую? — спросил парень с набитым ртом.

— Подсознательную, — рявкнул я, закрывая блюдо руками.

— Кажется, мы тут лишние, — произнесла Ана, ведя под руку Рино.

— Ага. Че куда, Арч?

— Канапе, Рино. Канапе в рот Оверу.

— Че?

— Забей.

— Овера? — удивился здоровяк.

— Просто. Нашего шиза лучше не трогать. Руки фу, Овер. Капитанская жратва. Закажи себе свою.

— Долго, — отрезал тот, вытаскивая очередную канапе длинными спицами. Или иглами. Имп его знает, что это такое вообще.

— Это че за фигня? Ты их с собой носишь?

— Ну… Есть они у меня.

— Да вашу ж мать, — плюнул я и отдал очкастому остатки блюда. Проще себе новое заказать.

— Карма, — произнес Маус.

— Ой, ты не подпевай тут еще.

Все наконец расселись и заказали себе еду. Овер тоже сделал заказ, предварительно сожрав все, до чего смог дотянуться. Маус тоже не долго радовался. Впрочем, он не совершил моей ошибки, а сразу пододвинул блюдо к шизанутому нашему. Немного поболтали ни о чем, обсудили Альтеров, поинтересовались моим здоровьем. Ана периодически тупила глазки в тарелку, но рядом с Рино чувствовала себя вполне спокойно. В целом. Маус при этом не переставал ее подначивать, за что получал язвительные ответы. Рино улыбался, но не вмешивался, увлекшись едой. Маус молодец. Он четко знал границы дозволенного и даже близко к ним не подходил. Атмосфера за столом была не только веселой, но и очень дружеской. Теплые посиделки. Овер по большей части молчал и ел, что хотел. Независимо от того, чья это была еда. Но даже он ощущался неотъемлемой частью отряда.

— Так что там с партией, Арч? — поднял тему Маус.

— Прорыв.

— Ёшкины импы, — протянул он. — Прям стопудово?

— Прям стопудово, — передразнил я. Что за тупое слово? Или это я раздражительный стал.

Посмотрел на руку, взял палочку для еды и аккуратно принялся чесать зудевшее предплечье под бинтами.