— Идем назад? Всего три квартала, Арч. Еще успеем до начала второй волны.

— Нет смысла, — вздохнул я. — Это другой кролик. Уверен, они будут возле всех убежищ этой ночью.

— И что тогда делать?

— Прорываться. И надеяться, что их будет меньше сотни, а не как в тот раз.

Я слышал, как парень тяжело сглотнул. Кролик замер и уставился на нас красным глазом. Я скинул мешок и перевязи с оружием и головами. Проверил барабаны. Полностью снаряжены, хоть у меня и не т запасных. Зато за пояс заткнуто два трофейных пистолета. На худой конец сгодится. Жаль, что с нами нет Аны. Ее арсенал пиротехники бы сильно пригодился в этом бою.

— Держись за мной, пацан, — произнес я. — Не дай им в тебя вцепиться.

— Брось, Арч. Четвертая партия. Я знаю, что это такое. Знал, когда выходил в ночь.

— Нечего себя хоронить, — отрезал я грубее, чем хотел. — Роркху не нужны твои подачки. Он сам должен взять свое. Если сможет.

Эл насупился, но лишь крепче перехватил оружие. Я оглянулся вокруг. Вроде тихо. Выстрелом Лиса пушистую тварь разметало по брусчатке. Мы оба замерли в напряжении. Я даже успел сменить пустую гильзу в барабане.

Их была не сотня. Всего пара десятков. Но они атаковали сразу со всех сторон, словно только и ждали, когда мы придем. Из каждого переулка, с каждой улочки, из каждой дыры и с неба прямо нам на головы. Неслись мохнатые клыкастые твари с кожистыми крыльями.

Я хороший стрелок. Теперь я могу это сказать с уверенностью. Ну точно на порядок лучше, чем был раньше. Сейчас даже Джекс бы мной гордился. Но стрелять в этих летающих бестий было очень трудно.

Проблема в том, что они мелкие, быстрые, виляют из стороны в сторону. А еще очень быстро приближаются, так что размусоливать прицельной стрельбой ситуацию не получилось. Я успел грохнуть семь или восемь. Благо одной пули им хватало в большинстве случаев. Левый Лис опустел первым и я выхватил кинжал как раз для того, чтобы насадить на него первую тварь.

Второй Лис ушел в кобуру и я выхватил из-за пояса какой-то странный пистолет. Стрелять было не удобно, баланс явно перекошен в сторону ствола. Но на таком расстоянии и в такой суматохе — плевать. Меня облепили три твари. Двоих я проткнул кинжалом, оба раза переборщил. Лезвие дважды вспороло мне кожу. Третья тварь схватилась за левое предплечье. Я отстрелил ее в упор так, что пуля обожгла руку. Плевать, с этими тварями нельзя церемониться. Промедлишь секунду и станешь похож на пушистого снеговика.

У Эла дела обстояли не лучше. Он кружился среди разрубленных кроличьих тушек. Три твари присосались к его ногам, спине и руке. Четвертая, с перебитыми крыльями, с разбега вцепилась в другую ногу. Я заметил, что те кролики, что высасывали много крови, прямо на глазах раздувались в размерах. Прицелившись, сбил одного кролика, что кружил над головой ведьмака. Тот уже выхватил вакидзаси и срезал одного уродца с ноги.

Я не мог прицелиться, чтобы сбить остальных без риска прострелить парню что-нибудь. Сбив еще одну кружащую тварь, бросился на помощь Элу.

Кролик, что вцепился самым первым в спину пацана, надулся, словно новогодний шарик. Сквозь мягкую шерсть и тонкую кожу просвечивало что-то оранжевое. В следующее мгновение кролик взорвался жидким огнем. Следом цепной реакцией рванули и остальные. Не так сильно, но взрыв был такой мощности, что меня опрокинуло на спину.

Подскочив, бросился к пылающему ханту. Накинув на него свой плащ, суматошно принялся сбивать пламя. Когда треск огня утих, я со страхом убрал плащ. Эл был еще жив. Ни одного кровотечения. Огонь прижег все раны. Но стоило ему пошевелиться, как твердая корка хрустнула и сквозь нее брызнула кровь.

Ног нет. Одной по голень, вторую оторвало почти полностью.