Эксперты-криминалисты насчитали на ее теле, голове множественные раны. На шее - завязанный узлом черный брючный ремень. Кто мог совершить столь жуткое злодеяние?

Через три дня, буквально опросив всех жителей дома, где жила девочка, оперативники установили, что девочку видели вечером вместе с неким Рыльковым. Подозреваемый часто бывал в этом доме - приходил к своему знакомому Яценко А. Н., который торговал поблизости разливным пивом. А дочка пивника была подругой Полины. Установили это через три дня. В этот же день, 23 июля, следователем прокуратуры Автозаводского района было вынесено постановление о заключении Рылькова под стражу, которое было санкционировано и. о. прокурора района.

Рылькова искали по всему городу, на вокзалах и станциях. В область послали на него ориентировки. Но он и не думал покидать Тольятти. Ведь ему всегда удавалось ловко уходить от ментов. И вот попался по-глупому. С фальшивой купюрой на рынке. В отделении милиции он уже прощался не только со свободой, но и с жизнью. "Фамилия?" - гаркнул дежурный офицер. "Яценко!" - пролепетал побледневший мужчина. Наверное, дьявол водил им, подсказывая ответы. "Адрес!" Задержанный назвал дом и квартиру на Тополиной - адрес продавца пивом. Со стены на него пялился пустыми глазницами фоторобот - его фоторобот. "Разыскивается за совершение тяжкого преступления..." Трясущимися руками Рыльков нацарапал подписку о невыезде. В тот момент он мог подписать все, что угодно, хоть смертный приговор своим родителям.

Через час его уже не было в городе. Осталась лишь ничем не примечательная запись в журнале оперативных сводок о гражданине с фальшивой купюрой.

Теперь для Олега Рылькова наступила новая жизнь. Он жил под чужими именами, ночевал в заброшенных дачах, иногда напрашивался к сельским жителям помогать им строить коттеджи, выполнял другие поденные работы. Надо было выживать и не светиться на уголовщине. Иногда он сожалел, что так случилось, в тридцать лет потерять все: дом, любимую дочь. Но порой темные силы вновь бурлили в нем, и он еле сдерживался, глядя на сельских малолеток.

Мосфира расцвела, чтобы погибнуть.

Хроника последних жертв

Однажды судьба улыбнулась ему. Он познакомился с женщиной, которая была на десять лет его старше. Он помог ей сделать несложную работу на ее дачном участке садоводческого товарищества "Энергетик", что недалеко от села Санчелеево Ставропольского района.

Наступил май 1997 года. Мосфира расцвела. Олег ее во всем устраивал: был красивым, степенным, немногословным. Помогал ей. Ей, татарке по национальности, нравилось, что Олег был родом из татарского города Зеленодольска. Иногда они выпивали. И вот однажды Олег с грустью рассказал, что недавно погибли в автокатастрофе его жена и дочь.

Они решили жить вместе. Рылькова это устраивало: ведь у Мосфиры еще была своя квартира на улице Зеленой в Тольятти. Но недолго продолжалось женское счастье.

- Мы уже знали фамилию серийного насильника, - рассказывал позднее начальник отдела по убийствам тольяттинского УВД Юрий Онищук. - До случая с Полиной Рыльков не убивал, только насиловал и грабил. Мосфиру он убил в ночь на 28 июня 1997 года. Весь день они пили водку, а потом, по словам Рылькова, сожительница спрятала его обувь и одежду. Когда она заснула, он связал ее. Женщина сумела развязаться, он толкнул ее на диван, схватил топор и убил ударом обуха по голове. Рассказывал, что после этого ему стало так хорошо, что даже не описать. Затем он нашел свою одежду и обувь. Взял трехлитровую банку, набрал клубники сорта "Виктория" и сверху добавил смородины.

Об этом он подробно рассказывал при съемке на видеокамеру во время выхода на место преступления.