Макар медленно, со свистом выдохнул сквозь зубы, подобрал с земли увесистый обломок кирпича, повернул налево и зашагал вдоль старой железнодорожной колеи.

Как только за спиной раздался лай — Макар размахнулся, швырнул камень в окно сторожевой будки, соскочил с дороги, перебежал рельсы и, нырнув в кусты, припустил с выключенным фонариком по узкой грязной тропинке к Дону. Сзади послышалась ругань, «Кого... вашу мать, несет?!», а лай дворняги приобрел восторженные нотки. Не надо гнаться, зачем? — вот она, благодарная и к тому же давно знакомая человеческая аудитория.

План у Макара склеился — проще не бывает. Выбраться к воде рядом с устьем крытой эстакады, которая тянулась от мукомола к реке, и отсидеться в нем с полчасика. С пользой для дела — обмозговать, куда перво-наперво соваться, и для глаз приятно так — ночной камыш, баржи и, как на ладони, «левый, левый, левый берег Дона, ивы, плесы, чайки у...».

Впереди кто-то мельтешил. Макар замер буквально на одной ноге, вцепившись в тоненькую акацию и жалея, что это не баобаб — толком не спрячешься. Прислушался, почти не дыша.

— Быстрее шевелись. Хочешь, чтобы нас тут сторожа застукали?

— Щас, щас, только меч разверну...

Для тех, кто опасался быть застуканным, обладатели меча разговаривали на удивление громко. Макар выдохнул и, пригнувшись, дал кругаля — в обход. Ступать — как можно осторожнее: за пределами тропинки земля была завалена битыми бутылками, пластиковыми стаканчиками, полусгнившими газетами и ветками. Если под подошвами не хрустело, как от поступи слонопотама, то затягивало в грязную жижу и громко хлюпало. Будь Макар на месте говоривших, давно бы себя засек. Но те были заняты по уши.

— ...поймать на лезвие луч первой звезды, отразившийся от бегущей воды.

— И как это будет способствовать делу открытия врат, игрок?

— Используем клинок подобно ключу, во славу Йог-Сот...

Макар не выдержал, хмыкнул. Просто вечер встреч какой-то. Эдаких «приятных» встреч, некстати и не к месту. А еще — вечер буквального понимания строчки про лунные чудеса чудаками в оранжевых жилетах.

Пока основная масса игроков наперегонки чесала по выданному квесту из пункта А в пункт Б, некоторые «старички», знавшие город, как свои пять пальцев, проводили время возвышенно. Или, по очередному меткому Цыбиному выражению, маялись осенним тестостероном. У кого там было? «Тоскливой октябрьской ночью можно открыть дверь в иной мир, для возвращения на землю древних Богов...» Что у нас тут? Октябрь на дворе. Асы городского ориентирования, колдуны и ведьмы. Расползлись по рощам и курганам: жечь костры, бормотать заклинания и мнить себя вершителями судьбы мира. Правда, Макар, положа руку на сердце, тоже не отказался бы открыть — пусть не дверь в параллельную реальность, ему бы и дыры в преисподнюю хватило... В ту самую преисподнюю, о которой он много слышал, но все никак не мог проверить сам.

— Ты готов к подвигам во славу Йог-Сотота?

— Игрок всегда готов!

В просвете между ветвями на полянке виднелся парень с забранными в длинный хвост волосами и с игровым мечом, красиво занесенным над головой. Его собеседницу — второй голос был явно женским — не видать в тени. Пытаясь найти такой угол обзора, чтобы рассмотреть и ее, Макар чуть забрал в сторону, потом еще... и еще чуть-чуть, остановился, чтобы передохнуть, поднял взгляд и буквально остолбенел.