— Что, там Кошак? — присев на колено и направив ствол в сторону вероятного появления противника переспросил матрос.

— Все ровно, Булыга идет, вы как там отстрелялись?

— Нормально, по тихой отдуплились, раненных убитых нет зарываемся, у тебя курить есть?

— Есть, сейчас ротного пропустим проспонсирую…

Кошкин прислушался и тихонько просвистел, красиво и мелодично, свист был похож на пение певчей птахи, решившей известить окрестности о том, что «Спартак чемпион, Спартак чемпион»..

Появился Булыга, держа ПКМ наперевес в три шага перепрыгнул ручей занял позицию, махнул прикрывающему его матросу. Кошкин перебежал ручей и юркнул в кусты, Булыга последовал за ним, матрос Ким получив две «страшно вкусные сигареты» без фильтра остался наблюдать дальше.

Во втором взводе обстановка была боевая-настороженная, командир взвода оставил необходимое количество матросов на позициях, остальные отрывали запасные позиции в тылу, постепенно зарываясь в гору. Ротный с командиром взвода поползли вперед к обрыву. Кошкин плюхнулся под дерево, и закинув ноги на чей-то рюкзак прикрыл глаза.

Боевики, не суетились и не показывались на глаза. Взводный доложил, что с момента первого столкновения противник откатился в глубь, «шайбы» и не предпринимал никаких действий. Иногда среди деревьев мелькали едва различимые фигурки, и щелкали одиночные выстрелы в никуда. Снайпер из разведгруппы Степного с верхнего участка ротных позиций перестал стрелять где-то час назад, видимо экономил боеприпасы и нервы членов незаконного вооруженного формирования. Булыга осмотрел в бинокль позиции первого взвода справа, отметил, кое-что для себя. Замаскировались в принципе нормально, и по всей видимости если смотреть со стороны лощины огневые позиции морских пехотинцев обнаружить весьма затруднительно. Но это днем когда вспышки выстрелов почти, что незаметно. В темноте по вспышкам можно будет определить приблизительное расположение позиций и огневых точек и пользуясь преимуществом в живой силе, распределить усилия на их подавление и попытаться прорваться.

Булыга обозревая окрестности в бинокль продолжал напряженно думать, невольно цепляясь глазами за складки местности, пытаясь поставить себя на место прорывающихся боевиков. Скорее всего попробуют с наступлением темноты провести разведку боем, пару небольших наскоков, как использовали на блок-постах в городе. Пара — тройка специально назначенных боевиков ведет беспорядочный огонь в сторону позиций федеральных войск. Озадаченные федералы, решительно мстят за наглость из всех стволов куда ни попадя. Расположение огневых точек незамедлительно засекается, вскрывается система огня за считанные минуты. Боевики отходят перегруппировываются и в самый неподходящий момент точно рассчитанным массированным огнем подавляют систему огня, атакуют иногда захватывая блок-пост и полностью его уничтожая. Над этим моментом думали еще в пункте временной дислокации на Ханкале, пытаясь выработать эффективные меры противодействия при выставлении блоков и застав.

Ротный отполз со своего места наблюдения, вытащил карту с нарисованной на обороте схемой местности и жестом подозвал командира взвода.

— Сколько у тебя еще мин осталось?

— Две МОНки в запасе, две спецам отдали, одну как договаривались, поставил здесь в управляемом варианте, — указал лейтенант на схеме, — если «подымаем» как раз перекрываем горловину выхода, одну из запаса думаю поставить в тыл на МУВ (механический взрыватель универсальный) на растяжку на в несколько «веток», проводов саперных не хватает да и машинка подрывная одна.

— Смотри, вот здесь на мысок на входе в «шайбу», можно первую мину переставить фронтом как раз вдоль спуска, а тут наверху твои позиции если будешь «подымать» твои наверху под шарики-ролики от мины не попадут, а боевички если попрут нахрапом на твои позиции как раз под осколки подставятся.